Значит держать ум во аде. Xi «держи ум твой во аде, и не отчаивайся

Держи ум твой во аде и не отчаивайся

Спросили меня, что значит – держи ум свой во аде. На эту тему старец (Софроний Сахаров) сказал нам: «не смейте стараться подражать старцу Силуану, и не пытайтесь воображать ад и держать себя там, потому что это воображение во-первых, а во-вторых мы не на его уровне». У меня возник ответ, что более важно для нас понять – что значит не отчаиваться. Не отчаивайся – никак не есть запрещение. Вы может помните момент когда Силуан в отчаянии сказал: «видишь Господи, хочу молится с чистым умом, но бесы меня не оставляют». После пятнадцати лет чрезвычайных подвигов он в первый раз получил ответ: «гордые всегда так мучаются от дьяволов». Силуан сказал: «Господи! Ты милостив, душа моя познала Тебя, скажи мне как смириться», и получил тот ответ: «держи ум твой во аде и не отчаивайся».

Как я понимаю слова Господа «ты сказал, что Я милостив, тогда Я скажу тебе, ну вот – не воображай себе, что ты что-то другое, чем то что ты видишь – ты не можешь 15 лет избежать дьяволов, ты в глубине ада и никогда не сможешь выйти оттуда, никогда. Но держи себя в этом понятии, понимай что это твое реальное состояние, что значит грехопадение, что значит что – праотец твой пропал во грехе; что все человечество такое – мучается от ада и исхода оттуда нет никакого, во веки веков. Но ты сказал, что Я милостив, и Я скажу тебе – если у тебя есть такая мысль, и тогда нет никакой нужды отчаиваться. Ты сказал, что Я милостив, ты знаешь, что Я и Вседержитель, ну тогда и не отчаивайся, только виждь ясно твое состояние, исповедай в себе, и когда возможно и перед другими братьями и перед Богом». Ты такой, и все-таки не надо отчаиваться ни о чем, потому что ты знаешь, что твой Бог Вседержитель и ты знаешь, как Он тебя любит.

И старец Силуан понял, как жить это слово от Бога, и стал делать как Господь его научил. И это стало его любимой песней: «когда умру – сойду во ад и здесь будет моя душа во веки одна». Как сказал старец: «никого другого не осуждал я во аде, но только себя – один я буду и вечно буду плакать: где ты Господь Бог мой, где ты Жизнь моя, где ты Свет мой?». Свидетельствует отец Силуан – что стал делать так (значит только начал делать), и сразу ум очистился, и Дух Святой свидетельствовал в его сердце, что он спасен.

Что значит спасен? ну как мы поем: «..со святыми упокой», значит он со святыми. Что значит быть со святыми – значит быть святым, как они. Значит, возвращая мысль на слово «Держи ум свой во аде…», не то значит, чтобы вообразить себе что-то, но чтобы понять наше настоящее состояние. Никогда не нужно сомневаться в любви Божией. Я говорю не нужно сомневаться, потому что сегодня мы так далеко от Бога, что если мы услышим это как заповедь – мы испугаемся и подумаем, что еще что-то надо держать, я не смогу. Но я говорю, что не в этом смысл заповеди – это откровение, что нет никакой нужды отчаиваться; но знать что так есть, быть реалистом. Не воображать, не думать, что ты можешь себя спасать. Я, Господь Бог твой, буду что-то делать; Я не говорю тебе, что Я буду делать – ты не сможешь понять; но сделай, как Я скажу – не отчаивайся. Виждь что ты есть и не отчаивайся, и узришь.

Смотрите, что слово «держи ум свой во аде» есть повеление – не отчаиваться; и неизвестно человеку – что будет? Почему не отчаиваться? Но если есть достаточная любовь в человеке, достаточное понятие, что Бог по любви просто не может потерять человека, не может повредить никак человеку; то человек отдает себя в руки Божии.

Помните как Господь сказал на кресте: «Боже Мой, Боже Мой! Зачем меня оставил…», сразу после этого сказал: «в руки Твои отдаю Мою душу». Значит, как будто оставили Его, и не только как будто, действительно было, что оставил Его Господь; но не потерял доверия: «Отче в Твоих руках оставляю Мою душу». Значит, если у нас есть доверие к Богу – сейчас, когда мы не знаем ни что делать ни что будет, но Бог знает и мы доверяем Богу. Господи! Дай нам доверие, потому что у нас его нет.

И смотрите, для меня реальность, видеть себя, как я есть, что я – сын ада, и выхода нет никакого! Но ад – вечный для меня, но Бог – предвечный; и Бог может то, что мы не можем вообразить. Вот – дай нам, Господи, послушание в любви.

Думаю, был другой момент на кресте Господнем – благоразумный разбойник. В его покаянии ему открылось, что тот Человек – Царь. Не знаю, что он понял тогда, что он как разбойник знал об этом неповинном Человеке, думаю, что может быть из-за смирения и исповеди его, что он разбойник – грешный, но тот, другой Человек – неповинный. Открыла ему благодать, что Тот – Мессия, Сын Божий. И тогда кричал он: «помяни мя Господи, егда приидиши во царствие Твоем …». Не зная когда будет, может быть долго, но когда это будет, помяни и меня Господи и не забудь меня грешного. И был ответ: «Аминь глаголю тебе, сегодня ты будешь со Мною в раю». Иоанн Златоуст говорил, «вор своровал и рай», и пошел туда до того как пошла туда Богородица – Она вошла в рай после разбойника.

Вот какая невероятная и милость и любовь Господня – как разбойник сегодня встретился с Господом в раю, так и отец Силуан, свидетельствовал, «я стал делать, как Господь показал мне, и ум мой вдруг очистился, и Дух свидетельствовал, что я спасен».

Почему сказал, что это и есть закон духовной жизни и отражается на всей жизни человека. Когда идешь исповедоваться, что ты будешь исповедовать духовнику? Ну что мы можем исповедовать духовнику, кроме того, что «отче, я грешный, как блудный сын – согрешил на небо и перед тобою». Что значит, на небо и перед тобою? Две заповеди дал нам Господь: любить Бога и любить ближнего человека, и вся наша совесть должна быть перед Богом и перед человеком. И потому исповедаемся не только перед Богом; там не нужен никакой человек, чтобы Бог нас слышал, я могу и в мысли сказать; но и перед человеком.

И есть разные мысли, которые (вы знаете), написаны в молитвослове, но и эту мысль можно иметь: что и перед человеком. Я прошу Бога простить меня; и тебя, брата моего, и отца моего, и вас братия, я прошу простить меня. Почему? – потому что если все мы должны быть в раю, то Бог должен меня простить, и я должен получить прощение от Бога, но и от вас, чтобы мы вместе жили в любви.

Пойду исповедаться, я грешный человек, и ожидаю от Бога прощения грехов, и от священника, и через него от всего человечества. Вы знаете, что вначале исповедь была перед всеми, не в таинстве; но человек не мог выдержать такое состояние любви, и теперь чтобы не соблазнить людей, которые не могут носить мою исповедь без соблазна; исповедь бывает в тайне.

Читать еще:  Что означает имя артемий для мальчика. Артемий: что значит это имя, и как оно влияет на характер и судьбу человека

То что я иду к исповеди с мыслью что я грешный, и надеюсь на покаяние: что значит это? – значит я держу ум свой во аде (в моей мере). Вот, отче, я съел слишком много, я смотрел телевизор, курил, принимал плохие мысли и т.д. Я не говорю, что я прав, или мне что-то не удалось, нет – я осуждаю себя, держу себя во аде. В том аде в какой мере я его вижу, но я надеюсь на прощение, значит надеюсь не отчаиваясь. Вот – в малом примере видно, что и в нас это слово действует.

Много случаев в этой жизни где это слово действует, но надо ответ кончить и думаю сказать, что в конце. Отец Софроний сказал, что это слово не нашей меры, как и Силуан; но все-таки наверное, придет время когда только и только это слово будет спасать людей, если понять его верно. Думаю что это время уже наступило, когда все против нас – нет ни духовников, нет ни порядка, пропало как будто предание, все разрушено, мы ленивы, мы в темноте, мы сыны этого темного века – все против нас. Какое спасение? Братия дорогие, скажу вам, никакое спасение невозможно.

В каком-то смысле, я могу понять, что есть люди, которые кончат самоубийством. Только знаю, что это никак не ответ – это опасность, включить себя вечно в свое отчаяние. Но у нас есть слово, от самого Бога – что в отчаянии нет нужды. У нас сегодня спасение невозможно, но мы ждем его от Тебя, Господи, ждем увидеть какое будет у нас спасение.

Один француз хотел открыть монастырь, пошел к одному старцу, и сказал: «я хочу открыть монастырь во Франции» (он был православный), а старец сказал ему: «Монастырь? В наше время это невозможно. Иди с Богом и сделай».

Так что вот, братия, помните и Евангелие воскресное, где апостол Лука и Клеопа говорили с печалью, но пришел один иностранец и спросил: «Почему вы печалитесь?» И сказали: «ты один иностранец не знаешь, что было здесь». «А что было?». Иностранец не знает, и начали рассказывать Ему. Но поймите, их недоумение и в каком-то смысле отчаяние, если тот Пророк велик не только словом, но и в деле – неделю тому назад Он воскресил одного человека не от смерти клинической, как сегодня может быть, а от тления! Запах у него был уже плохой, нет возможности возврата, но Он воззвал его: «Лазарь, выходи оттуда, и воскресни как человек». Если Тот не был Мессия, как говорят наши священники, Церковь и так дальше, кому мы теперь можем доверится? Кто, если придет как Мессия, какие знаки больше чем тот Человек может Он дать нам, и в слове, и в деле? Он был сильнейший, а если Он был Мессия, то как Его победили силы зла? Что – бесы победили Вседержителя Бога? Но смотрите, в каком недоумении, в какой темноте были они, когда мироносицы сказали им, что видели гроб пустой, и Ангел сказал, что Он воскрес, они испугались.

И когда начал говорить им тот Иностранец, человек который не знал что было в Иерусалиме, начал богословствовать по-иному, разжег их сердца, и так полюбили Его, что хотели задержать в доме и сказали: «Иди с нами, потому что день уже кончается и скоро будет ночь», и когда Он преломил хлеб – поняли, что тот Иностранец и есть Сам Христос, Он говорил с нами, и мы тогда ничего не поняли.

И иногда думаю, что это есть и образ последних дней нашей истории. Не знаю даже, как сказать: приготовимся (Господь нас приготовит, а мы исповедью и причащением приготовимся) видеть нашими глазами совсем невероятные, непонятные вещи, как будто Бог побежден. Не знаю, какие будут дни антихриста, но как говорится в апокалипсисе, ему дана власть бороться против святых и победить их. Но смотрите, какой ужас! Но смотрите, как нежно победил Христос. Он пришел как незнакомый человек, как Иностранец; который ничего не понимает и не знает, что там было; и как без шума и без возражений или чего-то такого, просто победил смерть!

Для Бога не только это возможно. То что нам совсем непонятно, невероятно – Богу легко, потому что Он Вседержитель. И я думаю, что когда будет то время, будет большая волна тьмы и ужасные вещи, и не знаю точно что и как; но мы помним, как легко и тонко, и изящно Господь победил смерть.

Ангелы не поняли, когда Господь зачался в чреве Девы, солдаты не поняли, когда было Воскресение. Есть одна лжеикона (в католической церкви), когда видишь Христа, который идет победителем из гроба, и там падают от страха солдаты. И Ангел отваливает камень, будто бы Вседержитель не может без Ангела вынуть камень и выйти из гроба. Нет это ложь. Когда Ангел пришел, солдаты от страха Ангела попадали, а не потому что видели Христа. Христа они не видели, не знали, что они хранили пустую пещеру, гроб был пуст, смерть – если можно так сказать – осталась, сохранила свое девство.

Он перворожденный из мертвых, и смерть попрана, но мы все еще умираем как и отцы наши. Но, что смерть побеждена, мы видим во многих мощах и многих других знаках, и удивительных чудесах, нам явленных. Если мы поедем в Печеры, там увидите сколько мощей – смерти больше нет. Но мы все-таки умрем все, как Адам, как будто ничего не произошло.

Я думаю – и в конце будет война и смущения, но Бог не будет побеждать, потому что Он уже победил 2000 лет тому назад. Все то смущение, есть только дым, это ложь отца лжи, как назвал его Господь. «Дерзайте, Аз победил мир». По-гречески «мир» это «космос». Мы видим, как Он победил космос, значит все силы победил. Не только мир, не только всех злых человек, но все темные силы в космосе, которые наполняют все поднебесное пространство, как писано в книге Иова.

Все это побеждено, и что они не делают, они могут обмануть нас теперь только потому что мы не живем в смирении – а значит, не живем в этой реальности, которой нас учит Господь через отца Силуана. Держи ум свой в том, что ты есть, виждь ужас, который в тебе, но не отчаивайся! Важнее то, что я вижу грех, чем величие греха, который я вижу. Я вижу ужас во мне, может маленький ужас, я еще не вижу как старец Силуан весь ад – вижу что я бестолковый человек, это мне страшно неудобно, но надо принять это. И вижу еще худшие вещи, но важно что я вижу, потому что видение начинает действовать во мне. Старец сказал, что видение своего греха есть начало созерцания, значит, что Свет Божий уже действует во мне, и теперь я вижу свою тьму. Но придет день, если я живу сим покаянием, когда я увижу тот Свет, который сейчас показывает мне весь ужас темноты моей. Но это уже другая тема и может быть надо закончить на этом. Простите меня, отцы и братия – стыдно, что после стольких лет со старцем, я так плохо владею русским языком, но думаю, от сердца к сердцу говорит любовь. Надеюсь что она поправит ошибки. Простите и благословите и помолимся друг за друга!

«Держи ум свой во аде и не отчаивайся»

Началось с того, что я «споткнулся» о слова апостола: тот, кто пребывает в Боге, должен поступать так, как Он поступал (1Иоан.2:6). Что это значит? Как Он поступал? Читая Евангелие, я сталкиваюсь с какой-то совершенно иной реальностью, чем та, в которой живу. Не иметь где главы подклонить, «оставить мертвых мертвецам» и идти возвещать Царство Божие, не иметь двух одежд и пищи на завтра, встречать каждого как «радость мою» и дарить утешение, а не искать утешения от других — так я должен был бы жить уже сегодня?

Читать еще:  Под дождем с зонтом. К чему снится Зонтик от Дождя? Значение действий сновидца

Казалось бы, Христос призывает к каким-то простым вещам (и апостол Иоанн говорит, что заповеди «не тяжки»): увидел алчущего — накорми, нуждающегося — отдай свое, не суди, поступай с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой. Встает только один вопрос: почему лично я всего этого не делаю? Почему не отдаю свою куртку бездомному, хотя знаю, что могу купить другую? Почему не подарю свой телефон какому-нибудь подростку из многодетной семьи — ведь положа руку на сердце, я обойдусь и самой простой моделью? Почему я часто ищу поддержки и утешения у других, и никогда не ищу кого-нибудь, кого я мог бы утешить и поддержать?

Шизофрения

Существует как бы две непересекающиеся плоскости сознания. В одной я живу, строю планы, планирую семейный бюджет, читаю то, что мне интересно, «повышаю эффективность»… В другой плоскости я знаю, что все это неважно, что стремиться надо к иному: к смирению, к чистой молитве, нестяжанию, забвению себя, искреннему служению ближним.

А я, я как личность растянут между этими двумя уровнями: идеалы в одной плоскости, а жизнь — в другой. Я знаю «как должно быть», но трачу на это не более 5% сил и времени. И понимаю это, и продолжаю так поступать.

Я один такой?

Рискну спросить: в том ли только дело, что я плохо исполняю заповеди? Не то же ли самое переживали и святые, посвятившие исполнению заповедей 100% своего времени и сил?

Об авве Сисое рассказывали, что, когда он умирал, а Отцы были у него, просветилось лицо его и он сказал им:

— Вот пришел авва Антоний.

А через некоторое время сказал:

— Вот пришел лик пророков.

И засияло его лицо еще ярче, и он сказал:

— Вот пришел лик апостолов.

И вновь сияние лица его стало еще сильнее и он словно разговаривал с кем—то.

— С кем ты беседуешь, отче? — спросили его старцы.

— Вот идут ангелы, — ответил он, — унести меня, а я их прошу, чтобы меня оставили еще немного, принести покаяние.

— Разве ты не достаточно покаялся, отче? — говорят ему старцы.

— По правде говоря, — отвечал тот, — даже не знаю, положил ли я начало.

Тогда все поняли, что он совершенен. И вновь засверкало лицо его, как солнце, так что все испугались. Но он сказал им:

— Смотрите: идет Господь и говорит: «Принесите мне тот сосуд из пустыни».

И тотчас же авва предал дух. И словно молния сверкнула, а дом наполнился благоуханием.

«Свод богоглаголивых речений и учений

Богоносных и Святых Отцов…»

Может быть, можно сказать, что чем ближе человек к Богу, тем ярче он ощущает этот разрыв, тем яснее для него невозможность приблизиться к Богу «вплотную»?

«Сносный» христианин

Вспомним еще раз слова апостола: «должны поступать, как Он поступал», и слова Христа «будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Матф.5:48). Погодите, так мне предлагается не просто делать некоторые хорошие дела и не делать плохие, а уподобиться в этом Христу, без всяких скидок?! Быть совершенным, как Бог?!

У Бога нет понятия «достаточно хороший». Нельзя быть христианином «на четверочку»; Бог — ревнитель. И при этом я не могу рассчитывать на то, что в земной жизни достигну верхней планки, стану совершенным как Бог; я обречен всегда быть «недо». Как с этим жить? Если нет того смирения, какое было у аввы Сисоя, как принять, что это разделение на «реальную» и «идеальную» жизнь останется со мной навсегда?

«Держи ум свой во аде и не отчаивайся» — сказал Господьстарцу Силуану Афонскому. Может быть, мы и призваны к тому, чтобы постоянно ощущать свою отделенность от Бога, пребывать как бы в аду, в удалении от Него, призваны к этой раздвоенности, разделенности? Это невыносимое, мучительное чувство, и судя по писаниям святых, чем ближе мы будем к Богу, тем острее будем ощущать свою отделенность от Него. Зачем это всё?

Моё мнение

Скажу так. Я никогда не стану идеальным мужем, то есть не буду давать супруге ту оптимальную меру любви, поддержки и свободы, в которой она нуждается. У нас будут конфликты, непонимание, взаимные огорчения. Но несмотря на все это я могу — и в реальности это так — быть счастлив с ней уже сегодня. И я могу корректировать свое поведение таким образом, чтобы это счастье как минимум поменьше разрушалось, а то и созидалось — скажем, почаще с ней разговаривать и воздерживаться от разбрасывания носков. И хотя я не достигну идеала даже в этих двух пунктах, и временами или постоянно буду чувствовать свое недостоинство, наш брак продолжится и, надеюсь, будет даже развиваться. И даже плодоносить

Тоже и в отношениях с Богом. Хотя я никогда не стану идеальным христианином, мои отношения с живым Богом уже есть, и много мне дают, если не сказать — всё. И я могу делать что-то, чтобы эти отношения развивались и поддерживались, и от чего-то, что их разрушает, воздерживаться; другими словами — соблюдать заповеди, и это приблизит меня к Богу.

Нося в себе это трагическую отдаленность от Бога, «держа ум во аде», я, тем не менее, не должен отчаиваться, так как что-то сделать я все же могу, хоть и точно знаю, что никогда не достигну совершенства.

Матвей Берхин
фонд Предание.ру
Пишите: mb@predanie.ru

Подписывайтесь на канал Предание.ру в Telegram, чтобы не пропускать интересные новости и статьи!

Присоединяйтесь к нам на канале Яндекс.Дзен!

Координатор лектория, детский психолог-игротерапевт

XI «ДЕРЖИ УМ ТВОЙ ВО АДЕ, И НЕ ОТЧАИВАЙСЯ»

XI

«ДЕРЖИ УМ ТВОЙ ВО АДЕ, И НЕ ОТЧАИВАЙСЯ»

ДУХОВНОМ созерцании подвижник становится зрителем вещей, которые для подавляющего большинства людей являются тайною, но он стоит пред невозможностью поведать об этой тайне, потому что переводимая на человеческий язык, она предстает слышащему о ней совсем иною. Язык человеческих слов и понятий дает очень ограниченную возможность передавать внутреннее состояние одного — другому. Непременное условие взаимного понимания — общность или торжество опыта. Нет этой общности, не будет достигнуто и понимание, потому что за каждым нашим словом сокрыта вся наша жизнь; во всякое понятие каждый из нас влагает объем своего опыта, почему все мы неизбежно говорим на разных языках. Но в силу единосущия рода человеческого возможно и чрез слово вызывать новый опыт в душе слышащего, и тем как бы порождать в нем новую жизнь. И если это так при нашем человеческом взаимообщении, то тем более это происходит при Божественном действии. Слово Божие, при известном внутреннем расположении души, восприемлющей его, своим явлением действительно приносит новую жизнь, и ту жизнь, которая заключена в нем, т. е. вечную.

Имея в виду не только несовершенство нашего средства — языка, но и свое невежество и неспособность, все же позволим себе возвратиться к той странной по форме беседе-молитве, о которой мы говорили выше, а именно, к словам: «Держи ум твой во аде, и не отчаивайся».

Кто читал Евангелие, не мог не обратить внимания на своеобразие бесед Христа. Внешне, формально, в них нет, кажется, никакой последовательности. Возьмите, например, беседы с Никодимом, с Самарянкой, с Учениками на Тайной Вечере. Внимание Христа обращено не столько на то, что говорит человек, сколько на то, что есть в глубине его и что способен он воспринять от Бога.

Так и в этой молитве-беседе Старца Силуана внешне как будто немного смысла, а некоторым она может показаться просто нелепым бредом. Но если бы нам открылось ее действительное содержание и сила данного в ней Силуану откровения, то, с уверенностью можно сказать, все наше существо было бы потрясено до последней глубины.

Старец Силуан десятилетиями рыдал «до великих слез» о том, чтобы мир познал Бога. Он сознавал, что если бы народы,— он мыслил о народах, нося их в молитвенной любви сердца своего,— познали любовь и смирение Божие, то оставили бы они, подобно Апостолу Павлу, как сор (Фил. 3, 7—8), как детские игрушки, свои увлечения, все то, чем поглощено их существо, и стали бы гнаться за этим смирением и этой любовью день и ночь всеми силами своей души. И если бы это совершилось, то изменилось бы лицо земли, и судьбы всех людей, и весь мир преобразился бы, как говорил Старец, «в один час». Так велика эта сила.

Читать еще:  «Претерпевший до конца спасется. Большая христианская библиотека

Вам, быть может, странно услышать, что Силуану открылась тогда тайна падения и искупления, и все духовные пути человека? Божественному Петру на Фаворе и в день сошествия Святого Духа открылось с последнею очевидностью, что «нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежит спастись». И не только еврейские старейшины и книжники удивлялись категорическому заявлению Петра и Иоанна, людей простых и некнижных, как повествует Писание (Деян. Ап. 4, 12—13), но и доныне удивляемся все мы. Невольно возникает вопрос: «О, Петре, откуда ты, простой и некнижный, знаешь какие имена даны под небом? Разве тебе была известна история культур и религий Китая, Индии, Вавилона, Египта и проч.?»

«Некнижному и простому» Силуану также открылись тайны, скрытые «от мудрых и разумных», и ночь, когда произошла та вышеестественная молитва-беседа, в его жизни имеет чрезвычайное значение. Мир погружен во тьму духовного неведения. Путь к вечной жизни не преставая проповедуется на всех языках, но подлинно познавшие этот путь едва обретаются, единицы на поколения.

«Держи ум твой во аде, и не отчаивайся». Непонятное выражение. Что значит — держать ум во аде? Не значит ли это — воображать себе что-то подобное тем, нередко лубочным, картинам, которые рисует наивное человеческое воображение. В данном случае — нет. Отцу Силуану, как и некоторым великим Отцам, например, Антонию Великому, Сисою Великому, Макарию и Пимену Великим, и другим, дано было за время жизни реально переживать состояние адских мучений. Повторение этого состояния, в результате, глубоко отпечатлевается в их сердце, так что они по своей воле уже могут возобновлять его в душе своей, возвращаться к нему посредством соответствующего внутреннего движения Духа. И к этому деланию они прибегали, когда в душе их начинала так или иначе проявляться какая-либо страсть, и особенно самая глубокая и самая тонкая из них — гордость.

Борьба с гордостью — последний этап борьбы со страстями. В первый период подвижник борется с грубыми плотскими страстями, затем с раздражительностью, и, наконец, с гордостью. Последняя борьба есть, несомненно, самая трудная. Познав в долгом опыте своем, что гордость приводит к потере благодати, подвижник особым внутренним движением сходит душою во ад, и адским огнем выжигает в себе действие всякой страсти.

Старец замечал, что большинство людей, приближаясь к этим граням, малодушно ужасаются и не выдерживают. Вот почему Великий Сисой и говорил об этом вопросительно: «Кто может носить помысл Антония? Впрочем я знаю человека (это он сам — Сисой), который может носить его».

Старец Силуан объяснял, что Сисой имел в виду тот помысл, которому научился Великий Антоний у Александрийского сапожника. Преподобный Антоний молился, чтобы Господь открыл ему, в какую меру он достиг. И было ему указание, что в меру Сапожника он не пришел. Придя к Сапожнику, Преподобный спросил его, как он живет. Тот отвечает, что треть заработка отдает он на храм, треть — нищим, остальное удерживает на свои нужды. Антония, который бросил все свое имение и жил в пустыне в большей, чем Сапожник, нищете, сие делание не удивило. Не в нем было его превосходство. Тогда он говорит Сапожнику: «Господь послал меня к тебе узнать, как ты живешь?» Смиренный Сапожник почитал Антония и, испугавшись такого слова, говорит: «Ничего я не делаю, а лишь работая, смотрю на проходящих мимо людей и помышляю: все спасутся, один я погибну».

Антоний, Богом посланный научиться у Сапожника; Антоний, приготовленный к правильному восприятию услышанного им слова долгим и чрезвычайным подвигом, удивившим весь Египет, по дару Божьему почувствовал силу помысла Сапожника, и действительно понял, что в меру Сапожника не достиг. Возвратившись в пустыню, он стал учиться этому деланию.

Великому Антонию, основателю восточного монашества, дана была вместе с разумением и сила носить этот помысл. Сему деланию он учил отшельников, способных принимать не молоко, а твердую пищу. От него это делание восприняли и другие великие Отцы пустыни, и, как бесценное сокровище, передали в наследство последующим векам. Делание это у каждого принимает свою словесную форму; так Пимен Великий говорил ученикам: «Поверьте, чада, где сатана, там и я буду»; но по существу оно сводится к тому же.

Блаженный Старец Силуан говорил, что многие подвижники, приближаясь к этому состоянию, необходимому для очищения от страстей, отчаиваются, и потому не могут пойти дальше. Но тот, кто знает, что «Господь много нас любит», избегает губительного действия последнего отчаяния и умеет мудро стоять на грани его, так что и силою адского пламени поджигает в себе всякую страсть, а вместе и жертвою отчаяния не становится. «И не отчаивайся».

Рассказ Старца прост, как просто было и слово Александрийского сапожника, как просто говорил Преподобный Сисой, или Преподобный Пимен и другие Отцы, но сила слова и глубина тайны делания сего неведомою останется для всякого, не имевшего подобного им опыта адских мучений, с одной стороны, и великих благодатных даров, с другой.

Вся долгая подвижническая жизнь Старца, особенно после той ночи, была горячим исканием смирения. И если бы мы захотели познать образ и тайну его борьбы за стяжание смирения, то должны будем остановиться на странных его словах;

«Моя любимая песня: — скоро я умру, и окаянная душа моя снидет во ад, и там буду один я страдать в мрачной темнице и горько рыдать: скучает душа моя о Господе и слезно ищу Его. Как мне Его не искать? Он прежде взыскал меня и явил мне грешному Себя».

Когда он говорил: «окаянная душа моя снидет во ад», то это не были только слова, но и подлинное переживание адских страданий, которые привились его сердцу, так что он мог сознательным внутренним движением духа возобновлять их в себе иногда в большей, иногда в меньшей степени. И когда огонь адского мучения производил искомое действие, т. е. убивал страстный помысл, тогда общей губительности этого огня он противопоставлял спасительное действие любви Христовой, которую тоже знал и носил в сердце своем.

Этому деланию он научился, получив ответ: «Держи ум твой во аде, и не отчаивайся». Первою частью своей «любимой песни» он погружался во ад, второю, возвращаясь к памяти любви Божией, он избегал отчаяния. «И не отчаивайся».

Делать так, как делал Старец, могут лишь немногие. От постоянного пребывания в этом подвиге, душа приобретает особую привычку и выносливость, так что память об аде настолько усваивается душой, что становится почти неотходною. Необходимость такого постоянства вызывается тем, что человек «в мире живущий и плоть носящий» непрестанно подвергается влияниям окружающего его греха, от которого, как бронею, защищается душа тем, что смиряется даже до ада преисподнего.

Старец говорит: «Господь Сам научил меня, как надо смиряться: «Держи ум твой во аде, и не отчаивайся». И этим побеждаются враги; а когда я умом выхожу из огня, то помыслы снова приобретают силу».

Из бледных и несвязных наших речей невозможно получить настоящего понятия об этой дивной и невыразимой жизни, где совмещаются предельное, выносимое естеством человеческим страдание, с предельным, выносимым человеческим естеством блаженством. Одно сопутствует другому странным образом. И если бы только страдание, то невозможно было бы его понести 31

И если бы только блаженство, то тоже невозможно было бы его понести 32 .

Источники:

http://pravoslavie.ru/71583.html
http://blog.predanie.ru/article/derzhi_um_svoy_vo_ade_i_ne_otchaivaysya/
http://religion.wikireading.ru/153756

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector