«Как наешься ты своей полбы, собери-ка с чертей оброк мне полный. Сказка о купце кузьме остолопе и работнике его балде

Жил-был купец Кузьма Остолоп.

КУБАНСКИЙ священник переписал сказку Пушкина

Священник Свято-Троицкого собора Армавира (Краснодарский край) отец Павел переиздал сказку Александра Пушкина «О попе и работнике его Балде».

При этом он заменил в ней попа на купца. Обновленную сказку выпустили тиражом 4 тысячи экземпляров. Книги подарят воскресным школам и будут продавать в церковных лавках, сообщает портал «Интерфакс-Религия» со ссылкой на телеканал НТК.

На издание книги потратили полгода, иллюстрации придумывали местные художники.

Отец Павел выяснил, что сказка была издана лишь после смерти Пушкина Василием Жуковским, который решил, что высмеивать священника некорректно, и заменил персонажа на купца.

До революции 1917 года сочинение Пушкина знали как «Сказку о купце», но в советское время решили вернуть первоначального героя.

Справка:
«Сказка о попе и о работнике его Балде» при жизни поэта не печаталась. Написана в Болдине 13 сентября 1830 года. Основой послужила русская народная сказка, записанная Пушкиным в Михайловском.

Впервые сказка была напечатана В. А. Жуковским в 1840 году. По цензурным причинам Жуковский заменил попа на купца Кузьму Остолопа: «Жил-был купец Кузьма Остолоп по прозванию Осиновый Лоб». Далее всюду поп был заменён на Кузьму.

Только в 1882 году в собрании пушкинских сочинений под редакцией П. Е. Ефремова сказка напечатана по рукописи. В изданиях для народа до начала XX века печаталась с купцом Остолопом.

СКАЗКА О КУПЦЕ КУЗЬМЕ ОСТОЛОПЕ И РАБОТНИКЕ ЕГО БАЛДЕ

Жил был купец Кузьма Остолоп
По прозванью осиновый лоб.
Пошёл Кузьма по базару
Посмотреть кой-какого товару.
На встречу ему Балда
Идёт сам не зная куда.
«Что, дядюшка, так рано поднялся?
Чего ты взыскался?»
Кузьма ему в ответ: «Нужен мне работник:
Повар, конюх и плотник.
А где найти мне такого
Служителя не слишком дорогого?»

Балда говорит:
»Буду служить тебе славно,
Усердно и очень исправно,
В год за три щелчка тебе по лбу,
Есть же давай мне варёную полбу».
Призадумался наш Кузьма Остолоп,
Стал почёсывать лоб.
Щелчёк щелчку ведь рознь —
Да понадеялся на русский авось.
Кузьма говорит Балде: «Ладно,
Не будет нам обоим накладно,
Поживи-ка на моём подворье,
Окажи своё усердье и проворье.

* * *
Живёт Балда в купеческом доме,
Спит себе на соломе,
Ест за четверых,
Работает за пятерых,
До света всё у него пляшет,
Лошадь запряжёт, полосу вспашет,
Печь затопит, всё заготовит, закупит,
Яичко испечёт, да сам и облупит.
Хозяйка Балдой не нахвалится,
Их дочка Балдой лишь и печалится,
Сыночек их зовёт его тятей:
Кашу заварит, нянчится с дитятей.
Один Кузьма лишь Балду не любит,
Никогда его не приголубит,
О расплате думает частенько;
Время идёт и срок уже близенько.

* * *
Кузьма не есть, не пьёт, ночь не спит.
Лоб у него заранее трещит.
Вот он жене признаётся:
Так и так, что делать остаётся?
Ум у бабы догадлив,
На всякие хитрости повадлив.
Хозяйка Кузьме говорит: «Знаю средство,
Как удалить от нас такое бедство:
Закажи Балде службу, что-бы стало ему не в мочь;
А требуй, что бы он её исполнил точь-в-точь».

* * *
Стало на сердце у Кузьмы веселее,
Начал он глядеть на Балду посмелее.
Вот он кричит: «Поди-ка сюда,
Верный мой работник, Балда!
Слушай: Платить обязались черти
Мне оброк до самой моей смерти,
Лучшаго-б не надобно дохода,
Да есть на них недоимки за три года.
Как наешься ты своей полбы,
Собери-ка с чертей оброк мне полный».
* * *
Балда с Кузьмой понапрасну не споря,
Пошёл, да и сел у берега моря;
Там он стал верёвку крутить,
Да конец ея в море мочить.
Вот из моря вылез старый бес:
«Зачем ты, Балда, к нам залез?»
«Да вот верёвкой хочу море морщить,
Да вас, проклятое племя, корчить».
Беса старого взяла тут унылость.
«Скажи, за что такая немилость!»
«Как за что? Вы не платите оброка,
Не помните положеннаго срока.
Вот ужо будет нам потеха,
Вам, собакам, великая помеха».
— Балдушка, погоди ты морщить море:
Оброк сполна ты получишь вскоре,
Погоди, вышлю тебе внука». –
Балда мыслит: «Этого провести не штука!»

* * *
Вынырнул подосланный бесёнок,
Замяукал он, как голодный котёнок.
«Здравствуй, Балда мужичек!
Какой тебе надобно оброк?
Об оброке век мы не слыхали,
Не было чертям такой печали:
Ну, так и быть, возьми, да с уговору,
С общаго нашего приговору.
Чтобы вперёд не было никому горя:
Кто скорее из нас обежит около моря,
Тот и бери себе полный оброк,
Между тем приготовят там и мешок».
Засмеялся Балда лукаво:
— «Что ты это выдумал, право?
Где тебе тягаться со мною,
Со мною, самим Балдою!
Экаго послали супостата!
Подожди-ка моего меньшаго брата?!

* * *
Пошёл Балда в ближайший лесок,
Поймал двух зайцев да в мешок.
К морю опять он приходит;
У моря бесёнка находит.
Держит Балда за уши одного зайку:
«Попляши-ка под нашу балалайку;
Ты бесёнок, ещё молодёнок,
Со мною тягаться слабёнок
-Это было бы лишь время трата.
Обгони-ка сперва моего брата!»
Пустились бесёнок и зайка;
Бесёнок по берегу морскому,
А зайка в лес до дому.
Вот море кругом обежавши,
Высунув язык, мордку поднявши,
Прибежал бесёнок, задыхаясь,
Весь мокрёнок, лапкой утираясь,
Мысля: дело с Балдою сладить.
Глядь, а Балда братца гладит.
Приговаривает: «Братец мой любимый,
Устал, бедняжка! Отдохни, родимой!»
Бесёнок оторопел,
Хвостик поджал, совсем присмирел.
На братца поглядывает боком.
«Погоди», говорит «схожу за оброком».

Читать еще:  Сонник приснился будущий муж. Как сделать, чтобы приснился будущий муж: девичье гадание

* * *
Пришёл к деду: говорит: «Беда!
Обогнал меня меньшой Балда!»
Старый бес стал тут думать думу:
А Балда наделал такого шуму,
Что всё море смутилось,
И волнами так и расходилось.

* * *
Вылез бесёнок: «Полно, мужичек,
Вышлем тебе весь оброк;
Только слушай: видишь ты палку эту?
Выбери себе любую мету,
Кто дале палку бросит,
Тот пускай и оброк уносит.
Что-ж, боишься вывихнуть ручки?
Чего-ты ждёшь?» — «Да жду вон той тучки,
Зашвырну туда твою палку,
Да и начну с вами, чертями, свалку».
Испугался бесёнок, да к деду,
Разсказывать про балдову победу;
А Балда над морем шумит,
Да чертям верёвкой грозит.

* * *
Вылез опять бесёнок. «Что же хлопочешь?
Будет тебе оброк, коли захочешь!»
«Нет», говорит Балда,
«Теперь моя череда —
Условие сам назначу,
Задам тебе, вражёнок, задачу.
Посмотрим, какова у тебя сила!
Видишь, там сивая кобыла?
Кобылу подними-ка ты,
Да снеси её пол версты;
Снесёшь кобылу — оброк уж твой;
Не снесёшь кобылы — он будет мой».
Бедненький, бес
Под кобылу подлез, понатужился,
понапружился
Приподнял кобылу, два шага шагнул,
На третьем упал, ножки протянул.

* * *
А Балда ему: «Глупый ты бес,
Куда ты за нами полез?
И руками-то снести не смог,
А я, смотри, снесу промеж ног».
Сел Балда на кобылу верхом,
Да версту проскакал так что дым столбом.
Испугался бесёнок, и к деду
Пошёл рассказывать про такую победу.
Делать нечего, черти собрали полный оброк
Да на Балду взвалили мешок.
* * *
Идёт Балда, покрякивает,
А Кузьма, завидя Балду, вскакивает,
За хозяйку прячется,
Со стражу корячится.
Балда его тут отыскал,
Отдал оброк, платы требовать стал.

* * *
Бедный купец Кузьма Остолоп
Подставил лоб.

С первого щелчка
Прыгнул Кузьма до потолка,
Со второго щелчка
Лишился Кузьма языка,
А с третьего щелчка
Выбило ум у старика.
А Балда приговаривал с укоризной:
«Не гонялся бы ты, Кузьма, за дешевизной!»

О купце и отцензурированном «Попе»

Сказку А.С. Пушкина «О попе и работнике его Балде» в редакции Жуковского — «Сказка о купце Остолопе и работнике его Балде» издали в кубанском Свято-Троицком соборе города Армавир. Впервые сказка про купца Остолопа была опубликована в 1840 году. Версия «О попе и работнике его Балде», была напечатана в 1882 году в собрании сочинений Пушкина под редакцией Ефремова.

Переиздание текста Жуковского вызвало широкое обсуждение, за комментарием редакция портала «Православие и мир» обратилась к известному пушкинисту, доктору филологических наук, профессору Дмитрию Павловичу Ивинскому.

Прежде всего, речь идет о публикации сказки, которая была осуществлена В.А. Жуковским в девятом томе посмертного собрания сочинений А.С. Пушкина в 1841 году. Совершенно ясно, что по цензурным условиям (думаю, что творческие проблемы были для Жуковского на втором плане) эта сказка, в которой в не вполне ожидаемом виде представало духовное лицо, напечатана быть не могла. И, собственно говоря, вариант Жуковского – это вариант вынужденный. Примерно так же Жуковский поступил для того, чтобы можно было напечатать петербургскую повесть «Медный всадник» — там тоже были изъятия и правка. И уж конечно, когда Жуковский правил «Медного всадника» и когда он правил «Сказку о попе и работнике его Балде», он не думал вступать в творческое соревнование с Пушкиным. Он исходил не из того, что Пушкин по тем или иным причинам решил испортить русский литературный язык, и не из того, что подготовка собрания сочинений покойного друга требует какого-то соревновательного момента, а просто из того, что есть определенные цензурные препятствия, и их нужно обойти. Вопросы творческие для него были при этом второстепенными.

В републикации варианта Жуковского я лично не вижу ничего плохого. Почему нет? В конце концов, это Пушкин и Жуковский. Да, соавторство, на которое Пушкин явно не рассчитывал, да, оно оказалось вынужденным. Другое дело, как это сейчас напечатано и как это можно печатать?

С моей точки зрения, если печатается редакция Жуковского, то об этом необходимо сообщить в самом издании: у нас нет никаких сомнений в аутентичности пушкинского текста и нет никаких сомнений в том, что правка 1841 года – это именно правка Жуковского.

Теперь что касается ценности текста. Как ее понимать? Если ценностью для нас является прежде всего аутентичность текста, и мы по тем или иным причинам не склонны придавать особого значения его идеологической нагрузке, которую, впрочем, надо обсуждать отдельно – это сложный текст, и он вряд ли может быть сведен к каким-то прямолинейным интерпретациям, например, к некоторым интерпретациям советского времени, согласно которым Александру Сергеевичу просто захотелось написать, так сказать, антиклерикальную вещь (я думаю, что реальность значительно сложнее) — так вот, если мы считаем ценным именно исходный, подлинный, авторский текст, то тогда, конечно, мы должны печатать именно его. Если же речь идет об эстетических оценках – это дело вкуса, индивидуальных представлений о границах допустимого/недопустимого. Но мне трудно себе представить человека, которого сейчас может шокировать Пушкин. Вряд ли эта сказка входит в ряд тех произведений, которые могут нанести сугубый урон душевному здоровью. Другое дело, что ее надо уметь читать. Сказки Пушкина – вообще тексты в значительной мере закрытые. Они сложны. И боюсь, что очень мало адекватных прочтений этих вещей существует на сегодняшний день.

Есть еще одна проблема: на протяжении долгого времени Россия читала именно редакцию Жуковского, которая многократно перепечатывалась и после того, как в 1880-е гг. П.А. Ефремов и П.О. Морозов восстановили пушкинский текст. Эта редакция стала культурным фактом, она цитировалась, интерпретировалась, осмыслялась критиками, публицистами, литераторами.

Так или иначе, я не очень понимаю, почему вокруг этого издания возникла такая шумиха. Я посмотрел то, что печатается в Интернете: диапазон оценок исключительно широк – от благодушного равнодушия до неподдельной ярости. Была и такая постановка вопроса: мы возвращаемся к реалиям 1840-х гг., в эпоху Николаевской реакции, когда не могли печатать Пушкина в его подлинном виде. Я думаю, что пока все не так страшно, и весь вопрос для меня заключается не в информационном поводе для каких-то журналистских сюжетов, а просто в том, как это напечатано. Если есть указание на то, что печатается именно редакция Жуковского, этого достаточно, почему нет?

Читать еще:  Если чешется большой палец правой руки. Почему чешется безымянный палец на правой руке

Считаю вполне допустимым знакомство школьников с обоими вариантами, но при этом, разумеется, им следует объяснить, что есть редакция пушкинская, подлинная, авторская, а есть вынужденная цензурная редакция Жуковского.

Записала Любовь Макарова

Дмитрий Павлович Ивинский: доктор филологических наук, профессор филологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, автор книг «Александр Пушкин и Адам Мицкевич в кругу русско-польских литературных и политических отношений» (Вильнюс, 1993), «Князь П.А.Вяземский и А.С.Пушкин» (М., 1994), «Пушкин и Мицкевич: Материалы к истории литературных отношений» (М., 1999), «Пушкин и Мицкевич: История литературных отношений» (М., 2003) и статей о русской литературе XIX в., в т.ч. о творчестве П.А. Вяземского, Н.В.Гоголя, А.С.Грибоедова, А.С.Пушкина, Ф.И.Тютчева.

СКАЗКА О КУПЦЕ КУЗЬМЕ ОСТОЛОПЕ И РАБОТНИКЕ ЕГО БАЛДЕ

Жил был купец Кузьма Остолоп

По прозванью осиновый лоб .

Пошёл Кузьма по базару

Посмотреть кой-какого товару.

На встречу ему Балда

Идёт сам не зная куда.

«Что, дядюшка, так рано поднялся?

Чего ты взыскался?»

Кузьма ему в ответ: «Нужен мне работник:

Повар, конюх и плотник.

А где найти мне такого

Служителя не слишком дорогого?»

»Буду служить тебе славно,

Усердно и очень исправно,

В год за три щелчка тебе по лбу ,

Есть же давай мне варёную полбу».

Призадумался наш Кузьма Остолоп ,

Стал почёсывать лоб .

Щелчёк щелчку ведь рознь —

Да понадеялся на русский авось.

Кузьма говорит Балде: «Ладно,

Не будет нам обоим накладно,

Поживи-ка на моём подворье,

Окажи своё усердье и проворье.

Живёт Балда в купеческом доме,

Спит себе на соломе,

Ест за четверых,

Работает за пятерых,

До света всё у него пляшет,

Лошадь запряжёт, полосу вспашет,

Печь затопит, всё заготовит, закупит,

Яичко испечёт, да сам и облупит.

Хозяйка Балдой не нахвалится,

Их дочка Балдой лишь и печалится,

Сыночек их зовёт его тятей:

Кашу заварит, нянчится с дитятей.

Один Кузьма лишь Балду не любит,

Никогда его не приголубит,

О расплате думает частенько;

Время идёт и срок уже близенько.

Кузьма не есть, не пьёт, ночь не спит.

Лоб у него заранее трещит.

Вот он жене признаётся:

Так и так, что делать остаётся?

Ум у бабы догадлив,

На всякие хитрости повадлив.

Хозяйка Кузьме говорит: «Знаю средство,

Как удалить от нас такое бедство:

Закажи Балде службу, что-бы стало ему не в мочь;

А требуй, что бы он её исполнил точь-в-точь».

Александр Пушкин — Сказка о попе и о работнике его Балде: Стих

Жил-был поп,
Толоконный лоб.
Пошел поп по базару
Посмотреть кой-какого товару.
Навстречу ему Балда
Идет, сам не зная куда.
«Что, батька, так рано поднялся?
Чего ты взыскался?»
Поп ему в ответ: «Нужен мне работник:
Повар, конюх и плотник.
А где найти мне такого
Служителя не слишком дорогого?»
Балда говорит: «Буду служить тебе славно,
Усердно и очень исправно,
В год за три щелка тебе по лбу,
Есть же мне давай вареную полбу».
Призадумался поп,
Стал себе почесывать лоб.
Щелк щелку ведь розь.
Да понадеялся он на русский авось.
Поп говорит Балде: «Ладно.
Не будет нам обоим накладно.
Поживи-ка на моем подворье,
Окажи свое усердие и проворье».
Живет Балда в поповом доме,
Спит себе на соломе,
Ест за четверых,
Работает за семерых;
До светла все у него пляшет.
Лошадь запряжет, полосу вспашет,
Печь затопит, все заготовит, закупит,
Яичко испечет да сам и облупит.
Попадья Балдой не нахвалится,
Поповна о Балде лишь и печалится,
Попенок зовет его тятей:
Кашу заварит, нянчится с дитятей.
Только поп один Балду не любит,
Никогда его не приголубит.
О расплате думает частенько:
Время идет, и срок уж близенько.
Поп ни ест, ни пьет, ночи не спит:
Лоб у него заране трещит.
Вот он попадье признается:
«Так и так: что делать остается?»
Ум у бабы догадлив,
На всякие хитрости повадлив.
Попадья говорит: «Знаю средство,
Как удалить от нас такое бедство:
Закажи Балде службу, чтоб стало ему невмочь;
А требуй, чтоб он ее исполнил точь-в-точь.
Тем ты и лоб от расправы избавишь
И Балду-то без расплаты отправишь».
Стало на сердце попа веселее,
Начал он глядеть на Балду посмелее.
Вот он кричит: «Поди-ка сюда,
Верный мой работник Балда.
Слушай: платить обязались черти
Мне оброк но самой моей смерти;
Лучшего б не надобно дохода,
Да есть на них недоимки за три года.
Как наешься ты своей полбы,
Собери-ка с чертей оброк мне полный».
Балда, с попом понапрасну не споря,
Пошел, сел у берега моря;
Там он стал веревку крутить
Да конец ее в море мочить.
Вот из моря вылез старый Бес:
«Зачем ты, Балда, к нам залез?»
— «Да вот веревкой хочу море морщить
Да вас, проклятое племя, корчить».
Беса старого взяла тут унылость.
«Скажи, за что такая немилость?»
— «Как за что? Вы не плотите оброка,
Не помните положенного срока;
Вот ужо будет нам потеха,
Вам, собакам, великая помеха».
— «Балдушка, погоди ты морщить море.
Оброк сполна ты получишь вскоре.
Погоди, вышлю к тебе внука».
Балда мыслит: «Этого провести не штука!»
Вынырнул подосланный бесенок,
Замяукал он, как голодный котенок:
«Здравствуй, Балда-мужичок;
Какой тебе надобен оброк?
Об оброке век мы не слыхали,
Не было чертям такой печали.
Ну, так и быть — возьми, да с уговору,
С общего нашего приговору —
Чтобы впредь не было никому горя:
Кто скорее из нас обежит около моря,
Тот и бери себе полный оброк,
Между тем там приготовят мешок».
Засмеялся Балда лукаво:
«Что ты это выдумал, право?
Где тебе тягаться со мною,
Со мною, с самим Балдою?
Экого послали супостата!
Подожди-ка моего меньшего брата».
Пошел Балда в ближний лесок,
Поймал двух зайков да в мешок.
К морю опять он приходит,
У моря бесенка находит.
Держит Балда за уши одного зайку:
«Попляши-тка ты под нашу балалайку;
Ты, бесенок, еще молоденек,
Со мною тягаться слабенек;
Это было б лишь времени трата.
Обгони-ка сперва моего брата.
Раз, два, три! догоняй-ка».
Пустились бесенок и зайка:
Бесенок по берегу морскому,
А зайка в лесок до дому.
Вот, море кругом обежавши,
Высунув язык, мордку поднявши,
Прибежал бесенок задыхаясь,
Весь мокрешенек, лапкой утираясь,
Мысля: дело с Балдою сладит.
Глядь — а Балда братца гладит,
Приговаривая: «Братец мой любимый,
Устал, бедняжка! отдохни, родимый».
Бесенок оторопел,
Хвостик поджал, совсем присмирел,
На братца поглядывает боком.
«Погоди,— говорит,— схожу за оброком».
Пошел к деду, говорит: «Беда!
Обогнал меня меньшой Балда!»
Старый Бес стал тут думать думу.
А Балда наделал такого шуму,
Что все море смутилось
И волнами так и расходилось.
Вылез бесенок: «Полно, мужичок,
Вышлем тебе весь оброк —
Только слушай. Видишь ты палку эту?
Выбери себе любимую мету.
Кто далее палку бросит,
Тот пускай и оброк уносит.
Что ж? боишься вывихнуть ручки?
Чего ты ждешь?» — «Да жду вон этой тучки:
Зашвырну туда твою палку,
Да и начну с вами, чертями, свалку».
Испугался бесенок да к деду,
Рассказывать про Балдову победу,
А Балда над морем опять шумит
Да чертям веревкой грозит.
Вылез опять бесенок: «Что ты хлопочешь?
Будет тебе оброк, коли захочешь…»
— «Нет,— говорит Балда,—
Теперь моя череда,
Условия сам назначу,
Задам тебе, враженок, задачу.
Посмотрим, какова у тебе сила.
Видишь: там сивая кобыла?
Кобылу подыми-тка ты,
Да неси ее полверсты;
Снесешь кобылу, оброк уж твой;
Не снесешь кобылы, ан будет он мой».
Бедненький бес
Под кобылу подлез,
Понатужился,
Понапружился,
Приподнял кобылу, два шага шагнул.
На третьем упал, ножки протянул.
А Балда ему: «Глупый ты бес,
Куда ж ты за нами полез?
И руками-то снести не смог,
А я, смотри, снесу промеж ног».
Сел Балда на кобылку верхом
Да версту проскакал, так что пыль столбом.
Испугался бесенок и к деду
Пошел рассказывать про такую победу.
Черти стали в кружок,
Делать нечего — собрали полный оброк
Да на Балду взвалили мешок.
Идет Балда, покрякивает,
А поп, завидя Балду, вскакивает,
За попадью прячется,
Со страху корячится.
Балда его тут отыскал,
Отдал оброк, платы требовать стал.
Бедный поп
Подставил лоб:
С первого щелка
Прыгнул поп до потолка;
Со второго щелка
Лишился поп языка,
А с третьего щелка
Вышибло ум у старика.
А Балда приговаривал с укоризной:
«Не гонялся бы ты, поп, за дешевизной»

Читать еще:  Святитель спиридон тримифунтский чудеса в наше время. Маленькие чудеса великого святого

Анализ «Сказки о попе и о работнике его Балде»

«Сказка о попе и его работнике Балде» — первая завершенная сказка Пушкина. Он написал ее в Болдино в 1830 г. Источником для написания стал рассказ Арины Родионовны, записанный поэтом в 1824 г.

Антирелигиозная сатирическая направленность привела к тому, что в царской России произведение выходило под названием «Сказка о купце Кузьме Остолопе». В советское время по понятным причинам «Сказка…» была идеализирована и рассматривалась как лучшее доказательство атеизма Пушкина.

На самом деле «Сказка о попе и его работнике Балде» вообще не имеет никакого отношения к религии. В образах попа и Балды поэт порицает жадность и восхваляет смекалку и сообразительность.

Кроме самого наименования «поп» этот персонаж никак не проявляет себя в роли церковнослужителя. Единственное, что приближает его к церкви, — наличие попадьи и попенка. В чем же здесь атеизм Пушкина? Главное отрицательное качество попа – неуемная жадность. Попадья также проявляет себя не с лучшей стороны. Она «Балдой не нахвалится», но при этом советует мужу, как избавиться от предстоящей расплаты. В целом бескорыстная работа Балды «за семерых» не вызывает у жадных хозяев никакого чувства благодарности.

В образе Балды Пушкин изобразил обычного главного героя русского фольклора, подобного Ивану-дураку. Окружающие всегда считают его глупым человеком. Происходит это из-за его простоты, наивности и бескорыстия. Балда соглашается на годовую работу за детскую забаву – три щелчка. Это – очевидная глупость. Работник показывает себя с самой лучшей стороны, он не знает усталости и действует на благо хозяев. Даже получив небывалое задание – собрать оброк с чертей, Балда не задумывается и отправляется на выполнение. В трех спорах с бесами Пушкин показывает скрытый от окружающих ум Балды. Он с легкостью обводит чертей вокруг пальца и совершает невозможное – забирает у них вымышленный оброк.

Балда несет несметное богатство к хозяину, он не делает попыток присвоить его себе, так как это – нарушение договора. Но и три щелчка – необходимое условие. Мрачные предчувствия попа сбываются. В сцене расплаты появляется высшая справедливость: от трех щелчков поп сходит с ума. Деньги чертей не приносят ему счастья.

Сказка о попе и Балде учит, что жадность никого не доведет до добра. Балда не получает вообще ничего, кроме удовлетворения от расплаты. В этом можно усмотреть презрение автора к материальным благам. Человек, несмотря на мнение окружающих, должен, прежде всего, стремиться к духовному богатству. Только таким образом в мире воцарятся счастье и справедливость.

Источники:

http://www.proza.ru/2011/02/26/659
http://www.pravmir.ru/o-pope-i-podcenzurnom-kupce-1/
http://rustih.ru/aleksandr-pushkin-skazka-o-pope-i-o-rabotnike-ego-balde/

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector