Что дает человеку завет с богом. Завет бога с человеком

Перечень заветов (договоров) Бога с людьми

Всё Священное Писание — это сверхъестественное нераздельное Божие Откровение, составляющие «единое тело истины» (прп. Ефрем Сирин) или единый Завет Бога с человечеством. В то же время необходимо понимать, что, несмотря на единство и богодухновенность всей Библии, Богу было угодно открыть Себя, сообразуясь с духовными и интеллектуальными способностями и дарованиями человечества. Оставаясь неизменным, Бог соразмерно уровню их понимания постепенно и непрерывно раскрывал учение о Мессии. Это и нужно показать в лекциях.

Таким образом, единый Завет Бога с людьми распадается на несколько этапов.

Прежде всего, он разделяется на два Завета — на «Завет первобытный» или «дел» и «Завет благодати» или «восстановленный». Их разделяет грехопадение Адама.

Началом Завета дел со стороны Бога был Предвечный Совет, на котором предопределился план творения мира, искупления и спасения человечества. Концом этого Завета было обетование об Искупительном Семени жены (Быт.3:15). Для человека первобытный Завет начинается с создания Адама и оканчивается падением людей. Завет дел — это союз между Богом и Адамом, по которому Адаму было за совершенное послушание обещана жизнь, а за неповиновение — смерть.

Восстановленный Завет, начинается от первого обетования об Искупителе в раю и заканчивается концом мира. Завет благодати — это союз между Богом и грешником, по которому Бог обещает спасение по благодати, а грешник обещает жизнь в вере и послушании. Все ветхозаветные верующие, так же как и современные верующие входят в завет благодати.

Этот Завет в свою очередь делится на две части: на Завет Ветхий, в котором люди спасались верою в Искупителя грядущего, и на Завет Новый, спасающий верою в Искупителя пришедшего.

Ветхий Завет, имея началом Первоевангелие (Быт.3:15), распадается на два: на Завет, заключённый Богом со всем человечеством через Адама и Ноя, и на Завет с избранным еврейским народом — через Авраама, Исаака и Иакова. Первый из этих двух заветов относится ко всем потомкам Адама до Ноя, (как это видно из 1 Пет.3:18-20, 4:4-7), а после Ноя предназначен для всего человечества, не знавшего о других Заветах.

Завет, заключённый с еврейским народом через Авраама, был нарушен в Египте, но затем восстановлен, расширен и разъяснён через Моисея. О нём можно говорить как о двух: о Завете патриархальном — до Моисея и о Завете подзаконном — от Моисея до Христа.

Этот подзаконный завет дважды был подтверждён и возобновлён. В первый раз это произошло при царе Давиде, которому Господь обещал воздвигнуть из его рода Христа. Вторично — при Ездре, после того как десять израильских колен совершенно отпали от истинной веры; а Завет, заключённый с домом Давида, был ослаблен нечестием последних иудейских царей. В период последнего завета, заключённого при Ездре, окончательно прекратилось правление династии Давида, в Иерусалиме и Иудее воцарился идумей — Ирод. Наконец, пришёл в мир Искупитель, Которого с нетерпением ждало человечество и Который заключил Новый Завет.

Завет Бога с человеком

(Прежде статья публиковалась под псевдонимом Сергей Макаров)

I. ЗАВЕТ БОГА С ЧЕЛОВЕКОМ
“Не нарушу завета Моего, и не переменю того, что вышло из уст Моих (Пс.88:35; см. 34-38).
“И вот, завет Мой с ними, говорит Господь: Дух Мой, который на тебе, и слова Мои, которые вложил Я в уста твои, не отступят от уст твоих и от уст потомства твоего и от уст потомков потомства твоего, говорит Господь, отныне и до века” (Ис.59:21).

Бог являет Себя человеку в обычном порядке вещей, в чудесах, в Слове и в Своем Сыне. Все это есть Откровение Божие о Себе. Это Откровение является в делах творения, провидения и искупления. Но эти дела могут быть должным образом поняты лишь при условии нашего понимания свойств Бога. Например, того, что Бог верен Своему Слову, что Он не отменяет и не изменяет его. Понимая свойства Бога, мы понимаем и Его дела, и наоборот: понимание дел Божиих позволяет понять Его свойства.

Бог вступает в отношения с человеком посредством заключения завета. Завет устанавливает определенные отношения и обязательства. Само выражение: “Я – Господь” указывает на завет: Бог есть наш Господин, мы – Его рабы, служители, работники, которые обязаны исполнять то, для чего созданы, не требуя никакой награды. Поэтому мы с полным основанием можем сказать, что наш Бог есть Бог завета.

Сотворив Адама и Еву, Бог благословляет их: “И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле” (Быт.1:28). Первое слово Бога, обращенное к человеку, есть слово обетования и одновременно благословения. Не приказ, не осуждение, но благословение. И это, заметьте, прежде каких-либо дел человека, хороших или плохих.

В чем состояло благословение? Человеку дается возможность непосредственного общения с Богом. Это не награда за труды, возможность общения предоставляется сразу по сотворении. Если бы даже Адам изумительно выполнил всю порученную ему работу, он не имел бы права требовать награды или благословения. Ведь он и был создан на то, чтобы эту работу выполнять. Завет предполагал (и устанавливал) счастливые отношения между Богом и человеком.

Но Адам должен был довериться слову Господа. Доверие к Его слову возможно лишь при совершенном признании авторитета Бога и признании Его верности. Если бы Адам безусловно подчинился слову Божиему и выполнил данную ему заповедь: не есть плодов с дерева познания добра и зла, это обеспечило бы продолжение благословения, то есть общения Адама с Богом. Нарушение Адамом заповеди привело его к смерти (Быт.2:17).

Согласно Божиему установлению, нарушители заповеди должны умереть (Рим.6:23). Бог праведен, Он не смотрит на непослушание сквозь пальцы, не продолжает благословлять по-прежнему, как будто ничего не произошло. Поэтому преступление людьми заповеди отделило их от Источника жизни. Жизни как духовной, так и физической.
Однако, после нарушения человеком завета Бог не изменяет условий завета. Он остается верен Своему слову.

* * *
После грехопадения Адама Бог установил с ним завет, в котором присутствует обетование о спасении (до грехопадения спасать человека было не нужно).

От всех людей, как и от Адама, по-прежнему требуется доверие к словам Божиим, признание Бога как Творца и вера в Него как в Спасителя, требуется вера в Его неизменное слово. Завет обусловлен обязательством подчинения. Подчинение освящено благословениями. Нарушителей завета ожидает проклятие.

Призвание новых свидетелей в завет (Ной: Быт.9:8-9; Авраам: Быт.12:1-3; 17:1-2) подтверждает верность Бога заключенному завету. Бог хранит Свое слово: завет с Авраамом, Исааком, Иаковом все тот же, он – вечен. В Книге Исход (2:24) мы читаем: “вспомнил Бог завет Свой”.[1] Исход из Египта народа Божиего во главе с Моисеем свидетельствует о верности Бога в соблюдении завета.

Читать еще:  Когда начинается яблочный спас в году. Приметы, обряды и народные обычаи на яблочный Спас

II. ЕДИНСТВО ЗАВЕТА
Адам представлял все человечество в целом и каждого из нас в отдельности. После него человечество в отношении завета подразделяется на две группы: те, кто сохраняет завет (народ Божий), и те, кто вне завета, то есть нарушители завета. Св. Писание характеризует нарушение завета как восстание, предательство. В этом отношении пророк Осия нисколько не отличает своих современников от Адама. Подобно Адаму, они также восстали против Бога: “Они же, подобно Адаму, нарушили завет и там изменили Мне” (Ос.6:7).

В сущности, всякий грех людей есть несоблюдение завета. Одного и того же завета послушания, исполнения, слушания Бога. “И земля осквернена под живущими на ней; ибо они преступили законы, изменили устав, нарушили вечный завет. За то проклятие поедает землю, и несут наказание живущие на ней; за то сожжены обитатели земли, и немного осталось людей” (Ис.24:5-6).

Возобновленный после грехопадения завет был благодатным по характеру, основывался на обетовании Божием о спасении. Последующие заключения завета не противоречат предыдущим, но служат дополнением и расширением в отношении полноты Откровения. Все обетования Божии, данные в завете, последовательно концентрируются на Христе и Его деле искупления. Поэтому кальвинистская теология признает единство и последовательность управления завета Божиего. Отрицание же единства завета ведет к признанию наличия двух планов Божиих: одного о Христе и Его Церкви, и другого – о еврейском народе и земле Израиля. Получается искусственное разделение, то есть: небесная и земная программы, предназначенные для искусственно разделенных Церкви и Израиля. Но подобный взгляд противоречит ап. Павлу, который обращается к общине Галатов, состоявшей из пришедших ко Христу бывших иудеев и язычников (Гал.6:15-16). Павел говорит, что язычники, спасенные Христом, теперь присоединены к сообществу Израильскому (Еф.2:12).

Поэтому совершенно неправомерно отделение завета, заключенного с Авраамом, от завета с Моисеем, будто последний представляет собой лишь сухое безблагодатное законничество. Когда ап. Павел пишет, что Израиль не достиг праведности через дела закона (Рим.9:31-32), он имеет в виду неверное понимание иудеями завета, но не отвергает закон (Гал.2:19). Завет с Авраамом не мог быть нарушен или изменен и через 430 лет. И неужели Моисею были даны лишь бесполезные обетования (Гал.3:17)? Закон не дается в качестве альтернативы обетованиям. Павел говорит, что закон не “противен обетованиям Божиим” (Гал.3:21). Поэтому не следует противопоставлять завет – закону, Авраама и Давида – Моисею (Гал.3:7; 3:29). Завет с Моисеем говорит не только о земном царстве потомков Давида, но и указывает на Христа, – истинного Царя. Моисей призван в тот же завет, что и Авраам. Вручение Моисею закона не есть установление принципиально иных отношений между Богом и человеком.

Так же неверно полагать, что закон есть какое-то приложение или дополнение к завету. Между законом и заветом существует неразрывная связь: “И сказал Господь Моисею: напиши себе слова сии, ибо в сих словах Я заключаю завет с тобою и с Израилем. И пробыл там Моисей у Господа сорок дней и сорок ночей, хлеба не ел и воды не пил; и написал на скрижалях слова завета, десятословие” (Исх.34:27-28). Когда Моисей объясняет Израилю характер и сущность данного всему народу благословения, он указывает на завет: “Итак знай, что Господь, Бог твой, есть Бог, Бог верный, Который хранит завет Свой” (Втор.7:9).

Бог заключает завет с Давидом и Его потомством (2Цар.23:5; Пс.88:4-5, 35-38). И в этом случае завет остается тем же самым, что и во дни Авраама. А во времена пророка Исаии вновь подтверждается истина о единстве завета – завет один, и этот завет вечный (Ис.55:3). Говорит о завете и пророк Иеремия. Ему открыто пришествие дней, когда обетования завета придут в исполнение. Пророк говорит о днях Нового Завета (Иер.31:31-34), то есть о том, что соделает Христос, а именно: исполнит обетования завета. (Нелишне заметить, что Писание рассматривает дело Христа по спасению Своего народа в терминах завета, см. Евр.13:20).

* * *
Новый завет имеет ту же цель, те же Таинства, что и Ветхий. Писание говорит о духовном обрезании крайней плоти сердца (Втор.10:16; Иер.4:4; Кол.2:11,12), указывает на духовный характер ветхозаветных Таинств (1Кор.10:1-4, 15-17). И в Ветхом завете, и в Новом одни и те же стороны завета: Бог и Его народ (Рим.11:16-24; Еф.2:11-14).

Все Писания последовательно ведут к Божиему благодатному обетованию во Христе Иисусе. Прежде Христа были тени и прообразы, указывающие на Него, но исполнение обетований завета происходит в Личности Христа, Его деле искупления.

Итак, несмотря на то, что Писание упоминает несколько случаев заключения завета, будет теологически некорректно полагать их разными заветами. Все это один завет. Все заветы, отраженные в Законе, Псалмах и Пророках, являются неотъемлемой частью единого завета благодати. Евангелие и Новозаветные Послания показывают, как исполняются обетования этого завета, как совершается спасение.

III. ХРИСТОС ЕСТЬ ИСПОЛНЕНИЕ ОБЕТОВАНИЙ ЕДИНОГО ЗАВЕТА БЛАГОДАТИ

“Я поставил завет с избранным Моим, клялся Давиду, рабу Моему: Навек
утвержу семя твое, в род и род устрою престол твой” (Пс.88:4).

Мы не поймем во всей полноте дело нашего спасения, если не увидим, что Христос исполняет завет (“Сотворит милость с отцами нашими и помянет святый завет Свой”, Лк.1:72), ибо Его воскресение и служение спасения есть исполнение благословений завета. Об этом говорит апостол Петр, обращаясь к народу Израиля: “Вы сыны пророков и завета, который завещавал Бог отцам вашим, говоря Аврааму: “и в семени твоем благословятся все племена земные”. Бог, воскресив Сына Своего Иисуса, к вам первым послал Его благословить вас, отвращая каждого от злых дел ваших” (Деян.3:25-26).

Когда Адам нарушает завет, Бог милостиво восстанавливает его, обещая послать Спасителя, Который уничтожит врага рода человеческого (вспомним, что сказано змею-искусителю: “И вражду положу между тобою и между женою, и между семенем твоим и между семенем ее; оно будет поражать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту”, Быт.3:15). Это первое обетование Пришествия Христа. Было обещано, что Христос восстановит правильные взаимоотношения между Богом и человеком (Ин.12:31-32, 1Ин.3:8). Установление завета, напомним, явилось незаслуженным благодеянием грешному человеку (Иер.11:2-4). То же самое можно сказать о Израиле: завет основан не на достоинстве народа, но на любви Божией (Втор.7:7-9).

Исполнение завета спасения, или исполнение обетования о спасении, было явлено в истории искупления народа Божиего. Каждый период истории указывал на Христа и Его дела, указывал на грядущего Спасителя (2Кор.1:20). Каждое обетование завета (заключенного с разными людьми) подтверждено и утверждено во Христе. Все в Писаниях говорит о грядущем Спасителе (Лк.24:27). Посредник и Ходатай Нового завета (Евр.12:24) Господь Иисус Христос обетовал через Иеремию его заключение:

“Вот наступают дни, говорит Господь, когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды новый завет, – не такой завет, какой Я заключил с отцами их в тот день, когда взял их за руку, чтобы вывести их из земли Египетской; тот завет Мой они нарушили, хотя Я оставался в союзе с ними, говорит Господь. Но вот завет, который Я заключу с домом Израилевым после тех дней, говорит Господь: вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его, и буду им Богом, а они будут Моим народом. И уже не будут учить друг друга, брат – брата и говорить: “познайте Господа”, ибо все сами будут знать Меня, от малого до большого, говорит Господь, потому что Я прощу беззакония их и грехов их уже не воспомяну более” (Иер.31:31-34).

Читать еще:  Какие силы у знаков зодиака. Рейтинг самых сильных знаков зодиака среди женщин и мужчин

Перед распятием Христос пьет чашу этого Нового Завета (Лк.22:20), возвещая о скором его исполнении.

Своею смертью и воскресением Христос исполнил обетования ветхозаветных Писаний, даровав народу Божиему обетованные блага (Евр.9:15). Так Христос обрел наследие, обещанное Аврааму (1Пет.1:4; Гал.3:16; Еф.1:14). В Нем благословляются народы (Лк.2:32; Мф.12:21; Деян.13:47-48; Гал.3:14). Христос есть образец праведности, явленной в законе Моисеевом (Мф.5:17; Евр.4:15; 1Ин.2:5-6). Христос есть истинная и совершенная жертва за грешников, требуемая в завете по закону Моисееву (Евр.9). Наконец, Христос есть долгожданный Царь, который был обетован в завете с Давидом (Иез.37:24-26; Лк.1:32-33; Деян.5:31; 1Кор.15:25; 1Тим.6:15).

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Бог верен Своему слову. Бог и сегодня исполняет завет, заботясь о человеке, держащемся завета. Человек лишь тогда угоден Богу, когда исполняет Его завет.

Завет соответствует всему миропорядку. Так, человек не свободен от законов природы. Можно сказать иначе: он свободен лишь в той мере, в какой следует этим законам, исполняет их. Везде мы можем увидеть завет, сопряженный с исполнением определенных законов, установлений, что влечет благословения, и напротив – неисполнение влечет проклятия (наказания), обусловленные заветом. Все основано на завете.

Поэтому Церковь требует законного в нее вхождения – через заключение завета (крещение). Не менее важен семейный завет. Этот же принцип относится и к государству. И оно определяется заветом Божиим, а не договором людей. Вот почему и в наше время совершенно необходим коллективный завет с Богом всего народа.

Нынешние политики предлагают свое решение многих вопросов, связанных с семьей, обществом, религией. Но христиане призваны объяснять и проповедовать сущность завета Божиего, чтобы все жители земли становились исполнителями завета, не подвергая сомнению суверенную власть Бога, установившего завет.

—————
[1] К вопросу о предопределении и неизменном плане Божием: думаю, все согласятся, что слово “вспомнил” не дает нам основания полагать, что Бог может что-то забыть.

Что такое завет с Богом?

О. Палмер Робертсон

Определить понятие «завет» так же трудно, как дать определение понятия «мать».

Матерью можно назвать женщину, которая дала вам жизнь. Формально это, может быть, и верно. Но кого удовлетворит такое определение?

Писание ясно свидетельствует о важности Божьих заветов. Бог многократно вступал в заветные отношения с отдельными людьми. Можно найти недвусмысленные упоминания о заветах, заключенных с Ноем (Быт. 6:18), Авраамом (Быт. 15:18), Израилем (Исх. 24:8) и Давидом (Пс. 88:3). Израильские пророки предвещали пришествие дней «нового завета» (Иер. 31:31), а о Тайной Вечере Сам Христос говорил языком завета (Лк. 22:20).

Но что такое завет?

Некоторые ученые считают бесполезными любые попытки предложить единое определение «завета,» охватывающее все разнообразные случаи употребления этого термина в Писании. Они предполагают, что многообразие ситуаций, в которых используется этот термин, подразумевает множество различных значений.[1]

Ясно, что любое определение термина «завет» должно оставлять такой простор для толкования, какого требуют сведения, приведенные в Писании. Однако сама целостность библейской истории, определяемой Божьими заветами, предполагает всеобъемлющее единство понятия «завет».

Итак, что же такое «завет»? Как определить заветные отношения Бога с Его народом?

Завет есть узы на крови, которыми Бог по изволению Своему связывает Себя с творением. Вступая в заветные отношения с людьми, Бог по Своему изволению связывает Себя с ними жизненно важными узами. Завет — это скрепленные кровью узы, возникающие по Высшему изволению, узы жизни и смерти.

Три аспекта этого определения Божьих заветов следует рассмотреть подробнее.

Завет — это узы

По самой своей сути завет — это то, что связывает две стороны. К сущности библейского понятия завета ближе всего образ неразрывных уз.

Обширные исследования этимологии ветхозаветного термина «завет» (евр) не дают достаточно убедительных оснований для того, чтобы определить значение этого слова. щ Однако контекстуальное употребление данного термина в Писании довольно последовательно указывает на понятие «связь» или «отношениями Завет всегда заключается личностью — Богом или человеком. Далее, за редкими исключениями вторую сторону в завете также представляет личность.[5] Результат заветного обязательства — установление отношений «в связи с», «с» или «между» людьми.[6]

Важнейшим формализующим элементом при заключении всех Божьих заветов в Писании является словесное определение характера учреждаемого союза. Чтобы заключить завет, Бог говорит. Он милостиво возвещает о том, что принимает на Себя обязательства перед Своими творениями, и объявляет, на основе чего Он будет общаться с ними.

Важность клятв и знамений в Божьих заветах доказывает, что по сути своей завет есть узы. Завет связывает стороны друг с другом определенными обязательствами.

Связующая клятва завета может иметь разнообразные формы. В некоторых отрывках используется устная клятва (Быт. 21:23,24,26,31; 31:53; Исх. 6:8; 19:8; 24:3, 7; Втор. 7:8,12; 29:13; Иез. 16:8). В других случаях к устному обязательству может присоединяться какое-либо символическое действие, как например, дар (Быт. 21:28-32), трапеза (Быт. 26:28-30; 31:54; Исх. 24:11), установление памятника (Быт. 31:44 и дал., Иис. Нав. 24:27), окропление кровью (Исх. 24:8), жертвоприношение (Пс. 49:5), прохождение под жезлом (Иез. 20:37) или рассечение животных (Быт. 15:10, 18). В нескольких отрывках из Писания неразрывная связь клятвы и завета предельно ясно подтверждается параллелизмом конструкции (Втор. 29:12; 4 Цар. 11:4; 1 Пар. 15:16; Пс. 104:9; 88:3, 4; Иез. 17:19). В этих случаях клятва и завет взаимозаменяемы.

Такая близость клятвы и завета подчеркивает, что завет по сути своей — это узы. Завет связывает участников друг с другом.

То, что Божьи заветы связывают две стороны, подчеркивается также присутствием знаков во многих библейских заветах. Знамение радуги, печать обрезания, символ Субботы — эти заветные знаки усиливают связующий характер завета. Посредством завета вступает в силу заверенное межличностное обязательство. Так же, как жених и невеста обмениваются кольцами «в знак и в залог» своей «постоянной верности и вечной любви,» так и знаки завета символизируют неизменность уз, связывающих Бога с Его народом.

Завет есть узы, скрепленные кровью

Фраза «узы, скрепленные кровью», или «узы жизни и смерти», выражает предельную серьезность взаимных заветных обязательств Бога и человека. Заключая заветы, Бог никогда не вступает с человеком в случайные или ни к чему не обязывающие отношения. Напротив, обязательства, которые Он берет на Себя, затрагивают конечные вопросы бытия — вопросы жизни и смерти.

Основное древнееврейское выражение, с помощью которого описывается установление заветных отношений, ярко отражает предельную серьезность выбора между жизнью заветные и смертью в завете. Фраза, которая в Ветхом Завете переводится как «заключить завет,» буквально означает «рассечь завет.»

Выражение «рассечь завет» появляется не только на каком-то одном этапе истории библейских заветов. Напротив, оно встречается в самых важных местах на протяжении всего Ветхого Завета и многократно повторяется в Законе, в пророческих писаниях^ и в остальных ветхозаветных книгах. но]

Читать еще:  Медитация - Прощение себя (для женщин).

Казалось бы, с течением времени яркий образ «рассечения завета» должен был потускнеть. Однако и самые древние тексты Писания, и те, которые относятся к концу пребывания Израиля в Палестине, доказывают, что значение этого выражения неизменно понималось во всей полноте. Понятие «рассечения завета» впервые встречается читателю Библии в первой записи об установлении завета с Авраамом, в которой можно найти множество признаков, указывающих на ее древность (Быт. 15). На другом переломном этапе истории Израиля пророческое предупреждение Иеремии, обращенное к Седекии во времена осады Иерусалима Навуходоносором, изобилует ссылками на богословскую концепцию «рассечения завета» (см. Иер. 34).

Еще одним указанием на то, что это выражение имело всеобъемлющее значение, можно считать тот факт, что оно применялось ко всем трем основным типам заветов. Оно использовалось в описании завета, учрежденного между человеком и человеком, [заветов, поставленных Богом с человеком и заветов, заключенных человеком с Богом].

Особенно поразительно, что глагол «рассечь» может употребляться и сам по себе и при этом явно означать «рассечь завет.» Такое его использование показывает, насколько тесно понятие «рассечь» связано с представлением о завете в Писании.

Такое соотношение процесса «рассечения» с установлением завета проявляется во всех древних языках и культурах Среднего Востока. Не только в Израиле, но и в культурах окружавших его народов существует связь между обязывающим характером завета и выражениями, означающими «рассечение.»

Процесс «рассечения» впечатляюще отражен не только в терминологии, но и в обрядах, обычно связанных с установлением заветов. При заключении завета на ритуальной церемонии рассекаются животные. Наиболее очевидный пример такого рода в Писании находим в 15 главе Книги Бытия, при заключении Авраамова завета. Сначала Авраам рассекает несколько животных и располагает части друг против друга. Затем между рассеченными частями животных символически проходит Бог. В результате «заключается» или «рассекается» завет.

Что означает расчленение животных на части в момент заключения завета? И библейские, и вне библейские доказательства в равной мере подтверждают особую важность этого ритуала. Рассечение животных символизирует «смертельную клятву» в момент принятия обязательств завета. Расчлененные животные олицетворяют проклятие, которое призывает на себя тот, кто заключает завет, в случае нарушения принятого обязательства.

В пользу такого истолкования убедительно свидетельствуют слова пророка Иеремии. Напоминая народу Израиля его неверность заветным обязательствам, он воскрешает в памяти людей обряд, во время которого они проходили «между рассеченными частями» тельца (Иер. 34:18). Своими преступлениями они призвали на себя проклятия завета, поэтому их ожидает расчленение их тел: «Трупы их будут пищею птицам небесным и зверям земным» (Иер. 34:20).

Именно в таком контексте заключения завета и следует понимать библейскую фразу «рассечь завет.»[1б] Понятие клятвы, обязывающей к верности и грозящей смертью за измену, неразрывно связано с самими терминами, описывающими установление заветных отношений. Завет действительно есть «узы на крови,» или узы жизни и смерти.

Это выражение — «узы на крови» — идеально согласуется с библейским утверждением: «без пролития крови не бывает прощения» (Евр. 9:22). Кровь играет важную роль в Писании потому, что она символизирует жизнь, а не потому, что Писание грубо или жестоко. Жизнь тела — в крови (Лев. 17:11), и, следовательно, пролитие крови представляет собой совершение кары над жизнью.

Библейские образы жертвоприношений с пролитием крови подчеркивают взаимосвязь жизни и крови. Пролитие крови, в которой заключается жизнь, представлено как единственный способ освобождения от однажды принятых обязательств завета. Завет есть узы на крови, обязывающие участников к верности под страхом смерти. Как только заветные отношения установлены, ничто, кроме пролития крови, не может избавить участников завета от последствий, грозящих им в случае его нарушения.

И именно на этом этапе наших рассуждений необходимо отвергнуть любые попытки соотнести понятие «завета» в жизни и опыте Израиля с мыслью о «последней воле и завещании.» Отдавать должное библейскому пониманию завета и в то же время выдвигать идею о «последней воле и завещании» просто невозможно.

Основная причина путаницы между понятиями «завет» и «завещание» возникает из-за того, что оба они имеют отношение к смерти. Смерть играет важнейшую роль и при вступлении в силу завещания, и при заключении завета. Из-за этого сходства указанные понятия часто путают.

Однако завет и завещание радикально отличаются по значению. Сходство, в сущности, только формальное. И «завет», и «завещание» тесно связаны со смертью, но она совершенно по-разному соотносится с каждым из этих понятий.

В случае «завета» смерть стоит у истока отношений сторон, символизируя потенциальное проклятие. В случае «завещания» смерть наступает в конце отношений и вводит в действие положение о наследстве.

Смерть заключающего завет предстает перед нами в двух обособленных образах, следующих друг за другом. Сначала на нее указывает символическое обозначение проклятия, предупреждающее возможные нарушения завета. Далее нарушившего завет действительно настигает смерть как следствие обязательства, взятого им на себя.

В случае смерти завещателя двух образов, или двух этапов, нет. Составление завещания не сопровождается символами смерти. Завещатель умирает не вследствие нарушения своего завещания и последней воли.

Содержание «завещания и последней воли» само по себе предполагает неотвратимость смерти, и все положения завещания построены именно на этом. Что касается положений завета, то они предполагают возможность жизни или смерти. Образ смерти непременно сопутствует введению в действие завета. При его заключении обязательно заклание освященного животного. Но никакой необходимости в действительной смерти вступающего в завет нет. Смерть заключившего завет наступает только в случае нарушения завета.

Смерть Иисуса Христа следует толковать в контексте завета, а не завещания. Его смерть была заместительной жертвой. Христос умер вместо нарушившего завет. Понятие заместительной жертвы исключительно важно для понимания смерти Христа.

При составлении последней воли или завещания не может быть и речи о заместительной смерти. Завещатель умирает «за себя», а не вместо другого. Ничья смерть не может заменить его собственную.

Христос же умер вместо грешника. Из-за нарушений завета люди были обречены на смерть. Христос принял на Себя заветное проклятие и умер вместо грешника. Его смерть была связана с заветом, а не с завещанием.

Конечно, верно, что христианин представлен в Писании как Божий наследник. Но он — наследник по усыновлению в семью бессмертного Бога, а не по распоряжению завещателя.

На уровне общедоступных толкований принято считать, что на Тайной Вечере Христос огласил Свою последнюю волю и завещание. Но нельзя забывать, что в тот момент праздновалась заветная трапеза. Во время Пасхальной трапезы ветхого завета Иисус огласил уставы трапезы нового завета. Очевидно, что Его цель заключалась в том, чтобы заявить о Себе как о Пасхальном Агнце, Который принимает на Себя проклятия завета. Его смерть была заместительной; Его кровь была пролита за Его народ. Слова Иисуса не были распоряжениями завещателя; Он говорил об исполнении завета и о введении завета в действие.

О. Палмер Робертсон, Христос Божьих заветов, Copyright 1980, ISBN: 0-87552 — 418 – 4, Перевод Елены Богат Редактор Елена Шустова

Источники:

http://azbyka.ru/shemy/perechen_zavetov.shtml
http://www.proza.ru/2009/06/24/784
http://www.mirvboge.ru/2014/01/chto-takoe-zavet-s-bogom/

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector