Академик лосев монах андроник. Алексей Федорович Лосев

Лосев, Алексей Фёдорович

Содержание

Биография

В 1915 году окончил историко-филологический факультет Московского университета по двум отделениям — философии и классической филологии. Сблизился со многими религиозными философами. Был собеседником Николая Бердяева и учеником Павла Флоренского.

Резкий перелом в его жизни вызвало написание книги «Диалектика мифа» (1930), где он открыто отвергал марксизм и официальную философию — диалектический материализм. Он был подвергнут травле, арестован в апреле 1930 года и приговорён к 10 годам лишения свободы. Отбывал наказание на строительстве Беломорско-Балтийского канала, почти полностью потерял зрение, лишь частично восстановив с годами возможность видеть. Благодаря ходатайству первой жены А. М. Горького Е. П. Пешковой в 1932 году он, как и его жена, приговорённая к 5 годам, были освобождены [1] [2] .

Поскольку философию ему преподавать не разрешалось, он занимал должность профессора Нижегородского университета и Московской консерватории (1922). После однолетнего пребывания на Белбалтлаге с трудом получил разрешение на преподавание античной эстетики во 2-м МГУ, Государственной академии художественных наук, Московском государственном педагогическом институте (1944); научный сотрудник Государственного института музыкальной науки (1922), работая в котором, А. Ф. Лосев внёс большой вклад в развитие философии музыки.

По конфиденциальным сведениям, поступившим в ЦК ВКП(б) из Краснопресненского райкома партии, Лосев однажды заявил на философском факультете, в присутствии коллег: «Да, я идеалист» [3] .

В 1929 году вместе с женой Валентиной Михайловной Лосевой тайно постригся в монахи от афонских старцев. Супруги Лосевы приняли монашеские имена Андроник и Афанасия. Тайное монашество стало практиковаться во время гонений на Церковь в ХХ веке. Из монашеского облачения носил только скуфью — шапочку на голове.

Лосев стал сторонником (вслед за Флоренским) так называемого имяславия: «Бог не есть имя, но Имя — Бог». Под видом изучения античной эстетики, слова и символа всячески проповедовал философию Имени как изначальной сущности мира.

После возвращения из ссылки был вынужден маскировать свои мысли под диалектику марксизма, снабжая философско-богословские изыскания цитатами из Маркса и Ленина.

Светлов рассказал о том, как профессор Лосев, недавно уволенный из университета, назвал работу Сталина «О диалектическом и историческом материализме» наивной, а потом объяснял, будто имел в виду её гениальную, почти античную простоту, и ещё много чего [3] .

После смерти Сталина у Лосева опять появилась возможность публиковать работы. В его библиографии более 800 произведений, более 40 из них монографии [4] .

В 1960-х годах вышел первый том «Истории античной эстетики», изменивший традиционные представления об античности. Лосев сделал для античности то, что Д. С. Лихачёв сделал для древнерусской культуры. Год за годом и том за томом выходили новые книги по античной эстетике, открывая тонкости античного идеализма от Сократа, Платона и Аристотеля до мистической апофатики Плотина и неоплатоников. Лосев писал также монографии об эллинистическо-римской эстетике (1979) и эстетике Возрождения (1978) [4] .

Постепенно у Лосева появился круг учеников и последователей среди интеллектуалов более молодого поколения. Среди них — С. С. Аверинцев, В. В. Асмус, В. В. Бибихин, П. П. Гайденко, Г. Ч. Гусейнов, С. Б. Джимбинов, К. А. Кедров, В. А. Косаковский, А. В. Михайлов, Ю. Н. Холопов, С. С. Хоружий, В. П. Шестаков и другие известные ученые, философы, деятели искусства. Среди исследователей более старшего поколения с Лосевым во второй половине XX века были близки В. Ф. Асмус, А. В. Гулыга, Б. И. Пуришев, А. Г. Спиркин и др.

В 1983 году вышла популярная книга «Вл. Соловьёв». Тираж книги сначала был полностью арестован, но потом под давлением общественности всё же распродан в дальних уголках страны. Правительство вело двойную игру, одновременно запрещая работы и награждая всемирно известного учёного [1] .

В 1980-х годах тяжело больной Лосев уже открыто говорил ученикам и последователям о своей вере, проповедуя имяславие [1] .

Лосев — автор переводов Аристотеля, Плотина, Секста Эмпирика, Прокла и Николая Кузанского. Был редактором сочинений Платона (тома 1—3, 1968—1972).

А. Ф. Лосев был практически слепым и различал только свет и тьму. Наряду с другими учёными он является примером того, как при глубоких нарушениях зрения можно достичь выдающихся результатов. В память об этом в Российской государственной библиотеке для слепых установлен бюст А. Ф. Лосева.

Скончался 24 мая 1988. Похоронен на Ваганьковском кладбище.

Сохранение наследия

В Москве на улице Арбат, дом 33 работает библиотека истории русской философии и культуры«Дом А. Ф. Лосева». Работу по сохранению творческого наследия философа руководит сотрудница и последняя спутница жизни профессора Аза Алибековна Тахо-Годи.

23 сентября 2006 года во дворе Библиотеки открыт первый в России памятник Лосеву — бронзовый бюст на гранитном постаменте работы заслуженного деятеля искусств России Василия Герасимова.

Крупные сочинения: монографии, учебники, повести

  • Исследования по философии и психологии мышления. Написано в 1915—1919 гг. 1-е изд.: Лосев А. Ф. Личность и абсолют. М.: Мысль, 1999.
  • Философия имени. 1-е изд.: М.: Изд-е автора, 1927.
  • Античный космос и современная наука. 1-е изд.: М.: Изд-е автора, 1927.
  • Диалектика художественной формы. 1-е изд.: М.: Изд-е автора, 1927.
  • Музыка как предмет логики. 1-е изд.: М.: Изд-е автора, 1927.
  • Диалектика числа у Плотина. 1-е изд.: М.: Изд-е автора, 1928.
  • Критика платонизма у Аристотеля. 1-е изд.: М.: Изд-е автора, 1929.
  • Очерки античного символизма и мифологии. Т.1 [2-й том не был создан]. 1-е изд.: М.: Изд-е автора, 1930.
  • Вещь и имя. Книга создавалась во второй половине 1920-х гг. Сохранились: а) краткая редакция 1920-х гг. (1-е изд.: Лосев А. Ф. Бытие. Имя. Космос. М.: Мысль, 1993); глава IV из утерянной полной редакции 1929 (1-е изд.: Лосев А. Ф. Личность и Абсолют. М.: Мысль, 1999); краткая редакция 1933 (1-е изд.: Лосев А. Ф. Имя. СПб.: Алетейа, 1997) [5] .
  • Диалектика мифа. 1-е изд.: М.: Изд-е автора, 1930 (конфисковано и уничтожено, сохр. лишь несколько экземпляров [6] ). 1-е изд., дошедшее до читателя: Лосев А. Ф. Из ранних произведений. М.: Правда, 1990. 1-е расширенное изд. (с включением дополнительных неопубликованных текстов): М.: Мысль, 2001.
  • Николай Кузанский и средневековая диалектика. Книга написана в 1930. Полный текст утерян, сохранились фрагменты [7] .
  • Трио Чайковского: Повесть. Написана в 1933.
  • [Встреча]: Повесть. Название дано А. А. Тахо-Годи. Написана в 1933.
  • Метеор: Повесть. Написана в 1930-х гг.
  • Женщина-мыслитель: Роман. Написан в 1933—1934. 1-е изд.: Москва. 1993. № 4-8.
  • Самое само. Написано в 1930-х гг. 1-е изд.: Лосев А. Ф. Миф. Число. Сущность. М.: Мысль, 1994.
  • Диалектические основы математики. Написано к 1936 г. 1-е изд.: Лосев А. Ф. Хаос и структура. М.: Мысль, 1997. Последняя глава книги, обнаруженная позже, впервые опубликована в кн.: Лосев А. Ф. Личность и Абсолют. М.: Мысль, 1999.
  • Античная мифология с античными комментариями к ней. Написано в 1930-е гг. 1-е изд.: Харьков, М.: Фолио, Эксмо, 2005.
  • Теогония и космогония. Написано в 1930-е гг. 1-е изд.: Лосев А. Ф. Мифология греков и римлян. М.: Мысль, 1996.
  • Жизнь: Повесть. Написана не ранее лета 1942. [8] .
  • Олимпийская мифология в её социально-историческом развитии. 1-е изд.: Учёные записки МГПИ им. В. И. Ленина. Т. 72. Вып. 3. М.: МПГИ им. Ленина, 1953.
  • (Совм. с А. А. Сонкиной, Н. А. Тимофеевой, Н. М. Черемухиной). Греческая трагедия. 1-е изд.: М.: Государственное учебно-педагогическое издательство Министерства Просвещения РСФСР, 1953.
  • Эстетическая терминология ранней греческой литературы. 1-е изд: Ученые записки МГПИ им. В. И. Ленина. М.: МПГИ им. Ленина, 1954. С. 37-262.
  • Введение в античную мифологию. 1-е изд.: Ученые записки Сталинабадского Государственного педагогического института. Филологическая серия. Сталинабад: СГПИ, 1954. Вып. 5. С. 193—306.
  • Античная мифология в её историческом развитии. 1-е изд.: М.: ГУПИ, 1957.
  • Гомер. 1-е изд.: М.: ГУПИ, 1960.
  • Античная музыкальная эстетика. 1-е изд.: М.: Музгиз, 1960.
  • Введение в общую теорию языковых моделей. 1-е изд.: М.: МГПИ им. Ленина, 1968.
  • История античной эстетики. Ранняя классика. 1-е изд.: М.: Искусство, 1963.
  • (Совм. с В. П. Шестаковым). История эстетических категорий. 1-е изд.: М.: Искусство, 1965.
  • История античной эстетики. Софисты. Сократ. Платон. 1-е изд.: М.: Искусство, 1968.
  • Проблема Вагнера в прошлом и настоящем. 1-е изд.: Вопросы эстетики. М., 1968. Вып. 8. С. 67-196.
  • (Совм. с А. А. Тахо-Годи, А. А. Сонкиной, Н. А. Тимофеевой, Н. М. Черемухиной). Античная литература: Учебник. 1-е изд.: М.: Просвещение, 1973.
  • (Совм. с М. А. Тахо-Годи). Эстетика природы: Природа и ее стилевые функции у Р. Роллана. Написано в 1970- гг. [9] 1-е изд: Киев, Collegium, 1998.
  • История античной эстетики. Высокая классика. 1-е изд.: М.: Искусство, 1974.
  • История античной эстетики. Аристотель и поздняя классика. 1-е изд.: М.: Искусство, 1975.
  • Проблема символа и реалистическое искусство. 1-е изд.: М.: Искусство, 1976.
  • Античная философия истории. 1-е изд.: М.: Наука, 1977.
  • (Совм. с А. А. Тахо-Годи) Платон. Жизнеописание. 1-е изд.: М.: Детская литература, 1977. Позже переиздано в серии «Жизнь замечательных людей» как часть книги «Платон. Аристотель».
  • Эстетика Возрождения. 1-е изд.: М.: Изд-во МГУ, 1978.
  • История античной эстетики. Ранний эллинизм. 1-е изд.: М.: Искусство, 1979.
  • Эллинистически-римская эстетика. 1-е изд.: М.: Изд-во МГУ, 1979.
  • История античной эстетики. Поздний эллинизм. 1-е изд.: М.: Искусство, 1980.
  • Диоген Лаэрций — историк античной философии. 1-е изд.: М.: Наука, 1981.
  • (Совм. с А. А. Тахо-Годи) Аристотель. Жизни и смысл. 1-е изд.: М.: Детская литература, 1982. Позже переиздано в серии «Жизнь замечательных людей» как часть книги «Платон. Аристотель».
  • Вл. Соловьев. [Основная часть работы — большие фрагменты из создававшейся параллельно объемной монографии «Владимир Соловьев и его время»]. 1-е изд.: М.: Мысль, 1983.
  • История античной эстетики. Последние века. 1-е изд.: М.: Искусство, 1988.
  • Дерзание духа. 1-е изд.: М.: Политиздат, 1988.
  • История античной философии: в конспективном изложении. 1-е изд.: М.: Мысль, 1989.
  • Владимир Соловьев и его время. 1-е изд.: М.: Прогресс, 1990.
  • История античной эстетики. Итоги тысячелетнего развития. 1-е изд.: М.: Искусство, 1992.
  • (Совм. с А. А. Тахо-Годи). Боги и герои Древней Греции. 1-е изд.: М.: Слово, 2002.
Читать еще:  Что означает осетинское имя алана. Значение имени алан

Важнейшие статьи

  • Абсолютная диалектика — Абсолютная мифология
  • Атеизм, его происхождение и влияние на науку и жизнь (16—17 июня 1909)
  • Г. С. Сковорода в истории русской культуры
  • Двенадцать тезисов об античной культуре
  • Диалектика творческого акта
  • [Дополнения к «Диалектике мифа»], в том числе «Миф — развёрнутое магическое имя»
  • Имяславие / перевод: с немецкого А. Г. Вашестова
  • Имяславие и платонизм
  • Критические заметки о буржуазной математической логике
  • Первозданная Сущность
  • Ранние диалоги Платона и сочинения платоновской школы
  • Романтические идеи в элегиях и балладах Жуковского
  • Средневековая диалектика
  • Творческий путь Владимира Соловьева
  • Философия культуры
  • Философско-исторический подвиг Давида Непобедимого (1984)
  • Эстетика природы
  • Эстетическая терминология Платона

Основные сборники произведений Лосева

В данном разделе перечислены наиболее значимые сборники с текстами Лосева.

  • Из ранних произведений. М.: Правда, 1990. («Философия имени», «Музыка как предмет логики», «Диалектика мифа»)
  • Страсть к диалектике. М.: Сов. писатель, 1990. («В поисках смысла (Из бесед и воспоминаний)», «Русская философия», «Жизненный путь Вл. Соловьева», «Философско-поэтический символ Софии у Вл. Соловьева», «Мировоззрение Скрябина», «Письма из неволи (1930—1933)»)
  • Философия. Мифология. Культура. М.: Мысль, 1991. («Диалектика мифа» и др.)
  • Бытие. имя. Космос. М.: Мысль, 1993. («Эрос у Платона», «Античный космос и современная наука», «Философия имени», «Вещь и имя»)
  • Жизнь: Повести, рассказы, письма. Спб.: Издательство АО «Комплект», 1993.
  • Лосев А. Ф., Тахо-Годи А. А. Платон. Аристотель. М.: Молодая гвардия, 1993. («Платон. Жизнеописание», «Аристотель. Жизнь и смысл»)
  • Миф. Число. Сущность. М.: Мысль, 1994. («Диалектика мифа», «Миф — развернутое магическое имя», «Первозданная сущность», «Самое Само», «Критика платонизма у Аристотеля», «Диалектика числа у Платона»)
  • Словарь античной философии. М.: Мир идей; Акрон, 1995. (Статьи, написанные для 4-го и 5-го томов «Философской Энциклопедии»)
  • Форма. Стиль. выражение. М.: Мысль, 1996. (Статьи)
  • Мифология греков и римлян. М.: Мысль, 1996. («Античная мифология в её историческом развитии», «Теогония и космогония»)
  • Хаос и структура. М.: Мысль, 1997. («Диалектические основы математики», «О методе бесконечно малых в логике», «Некоторые элементарные размышления к вопросу о логических исчислениях бесконечно малых», «математика и диалектика»)
  • Имя. СПб.: Алетейа, 1997. («Вещи и имя» и др.)
  • Мне было 19 лет: Дневники, письма, проза. М.: Русские словари, 1997.
  • Личность и абсолют. М.: Мысль, 1999. («Исследования по философии и психологии мышления», статьи)
  • Самое само. М.: Эксмо-Пресс, 1999. («Философия имени», «Диалектика мифа», «Самое само»)
  • Я сослан в XX век. М.: Время, 2002. (Повести и рассказы)
  • Высший синтез. М.: ЧеРо,, 2005. (Статьи 1910—1920-х годов)
  • Лосев А. Ф., Лосева В. М. Радость на веки: Переписка лагерных времен. М.: Русский путь, 2005. (Письма, стихи)
  • Алексей Федорович Лосев: Из творческого наследия, современники о мыслителе. М.: Русский мир, 2007.
  • Тахо-Годи А. А., Лосев А. Ф. Греческая культура в мифах, символах и терминах. Спб.: Алетейя, 2007. (Статьи)
  • Вещь и имя. Самое само. М.: Издательство Олега Абышко, 2008.
  • Имяславие. Ареопагитский корпус. М.: Изд-во Олега Абышко, 2009. (Статьи)

Уроки монаха Андроника

Памяти А.Ф. Лосева († 24.05.1988)

Из неопубликованной книги «Алексей Лосев и разгадка двадцатого века»

18 октября 1993 года к четырём часам пополудни небольшая старинная церковь в центре Москвы еле вмещала участников Международной научной конференции к столетию со дня рождения А.Ф. Лосева. В распорядке дня, предшествовавшего её официальному открытию, значилось: «Молебен и панихида в храме Преподобного Сергия Радонежского в Крапивниках». Ничего необычного этот пункт не предвещал: почитание по канонам Православной Церкви памяти ушедших уже воспринималось в кругах гуманитариев как восстановленная традиция. И всё же встреча с необычным произошла: храмовое действо началось с оглашения тайного монашеского пострига Алексея Фёдоровича и его супруги Валентины Михайловны, принятого ими более шестидесяти лет тому назад. Думается, каждый из присутствующих (хотя я и сужу лишь по себе) почувствовал в эти минуты приобщение к чему-то неведомому, бесконечно далёкому от суетных дел и в то же время предельно реальному. Всё, что было известно до этого о жизни и творчестве Алексея Лосева, включая свидетельства людей, близко знавших его, предстало в совершенно новом свете, обрело значимость необходимых обществу уроков, когда Россия, вовлекаемая в водоворот гибельных событий, начала искать спасение в православной вере.

Читать еще:  Когда закончится лунное затмение в сентябре. Трудное время: метания и колебания легко могут довести до нервного срыва, до крутых и горьких ссор с самыми дорогими для вас людьми

Сам Лосев как православный мыслитель, войдя в русло самобытной русской философии с её святоотеческими корнями, выбрал для себя путь восхождения к Истине особенно трудный, поскольку следовать по нему пришлось в мрачные годы богоотрицания. Это была жизнь (по его же выражению) «слабой философской индивидуальности, затерявшейся в необъятном море коммунизма, но мыслившей самостоятельно», внешне, конечно, мало напоминавшая классические жития православных святых.

Лосев-учёный поставил предельно ясную цель — радикально сменить основы научного мировоззрения. Нынешнее — результат развития протестантского мировосприятия — должно было уступить место научному мировоззрению на православной основе. К этому и были направлены разработки Лосева 20-х гг.: начала абсолютной диалектики и принципы абсолютной мифологии, восходящие к триединству Св. Троицы и божественности Абсолютной Личности; творчески развитый православно понимаемый неоплатонизм; глубоко осмысленная философия имени, продолжающая традиции православного энергетизма; провозглашённое и многократно подтверждённое равноправие алогического и логического — основа синтеза веры и знания и др. Шаг за шагом продвигался Лосев к вершине, где сливались воедино богословие, философия, наука, искусство, нравственный опыт. Возникли контуры грандиозного учения, которое он, однако, не мог выразить в общедоступной форме, прежде всего потому, что вокруг разворачивалась беспрецедентная, беспощадная борьба с религией; само упоминание Бога (помимо Его отрицания) делало всякую публикацию по такой тематике просто невозможной. И обретший просветление ума философ-богослов вынужден облекать содержание своих работ в сложную замысловатую форму, насыщая их отступлениями и пассажами, в любом случае апеллируя лишь к диалектике, которой он владеет в совершенстве. Утверждая и развивая православное миропостижение, Лосев готов к научным дискуссиям, всестороннему, непредвзятому обсуждению. Однако жизнь предлагает совершенно иные варианты.

Искоренявшая всякое инакомыслие власть даже в сугубо религиозных спорах усматривала некую политическую подоплёку, угрозу своему существованию. Это и предопределило дальнейшую судьбу профессора Лосева, которую разделила с ним нежная и любящая супруга Валентина Михайловна, незаменимая помощница во всех делах, соратница в борьбе за чистоту православной веры. Вместе они участвовали в движении имяславцев, которые предупреждали, что Россия погибнет, если перестанет почитать Имя Божие; вели агитацию против сергианцев, раскалывавших Русскую Православную Церковь унизительным компромиссом с безбожной властью. Оба они всё больше убеждаются в дальнейшей невозможности жить церковно-свободно и начинают готовиться к уходу в монастырь. И хотя монастыри повсюду запрещены и разогнаны, Лосевы, вопреки всему, решаются основать монастырь в миру, дать монашеские обеты, жить в духовном браке, предавшись истинной цели христианской жизни — стяжанию Духа Святого Божия.

Третьего июня 1929 года супруги принимают тайный постриг, совершённый их духовным наставником, афонским старцем, архимандритом о. Давидом. Лосевых нарекли именами монаха Андроника и монахини Афанасии — христиан V-го века, супругов, которые после внезапной смерти любимых детей ушли в монастырь, разлучившись на много лет, а затем, встретившись вновь, прожили до конца дней в духовном браке (день прпп. Андроника и Афанасии отмечается 22 октября).

Принятие монашеского пострига означало для Лосева постижение мистического историзма, возникающего из культа Абсолютной Личности. И он открыто заявил в опубликованной в 1930 году «Диалектике мифа»: «Для монаха нет безразличных вещей. Монах всё переживает, как историю, а именно как историю своего спасения и мирового спасения. Только монах есть универсалист в смысле всеобщего историзма, и только монах исповедует историзм, не будучи рабски привязан к тому, что толпа и улица считает историей».

По-особому воспринимается монахом Андроником и то, что именуется в миру «личной жизнью»: «Он умеет поставить свою личность и свои личные привязанности на правильное место; и только монах один — не мещанин. Может ли сравниться тонкость чувств и глубина созерцания монаха с мещанством того, что называется «мирской жизнью»? Может ли, кроме монаха, кто-нибудь понять, что истинное монашество есть супружество, а истинный брак есть монашество. Всё бездарно в сравнении с монашеством, и всякий подвиг в сравнении с ним есть мещанство». И далее прямое обращение к той, что вместе с ним дала монашеские обеты: «Только ты, сестра и невеста, дева и мать, только ты, подвижница и монахиня, узнала суету мира и мудрость отречения от женских немощей. Помнишь, там, в монастыре, эта узренная радость навеки и здесь, в миру, это наше томление. »

Однако стены монастыря в миру не смогли защитить монахов ХХ века от произвола тоталитарного режима, чьим главным оружием было устрашение. Они оказались участниками «дела», сфабрикованного ОГПУ. Преданность православной вере обернулась обвинением «в антисоветской агитации и пропаганде», участие в кружках имяславцев превратилось в «деятельность во Всесоюзной контрреволюционной монархической организации церковников «Истинно православная церковь»«.

Два с половиной года провел Алексей Федорович в заключении, чуть меньше — Валентина Михайловна. Об этом периоде его жизни известно из отправленных жене лагерных писем. Он сполна испытал муки богооставленнности и в камере-одиночке внутренней тюрьмы Лубянки, и в переполненной палатке 2-го отделения Свирлага: «. такое отсутствие радости, ласки, молитвы, такая оставленность и безблагодатность. » «. Не есть ли это ликующая победа злых сил над нами, а вовсе не какой-то особый «промысел Божий». » «Я лишен благодати уже давным-давно, и нет надежды на её возвращение. » Будучи с детских лет приобщённым к церковной жизни, заключённый Лосев оказывается полностью отлучённым от неё: «. Но позвольте, что же это за религия — без таинств, без обряда, без наставления, без постов, без всякого элементарного указания на внешнее присутствие религии. » Ему, глубоко верующему человеку, трудно, тем не менее, смириться с посланным Богом испытанием: «. Бог требует отдать всякое, хотя бы простейшее понимание происходящего, и волей-неволей приходится его отдавать, ибо Христос выше и дороже понимания жизни и самóй науки. Но, Боже мой, как всё это безрадостно! Как ты, Господи, отнял у меня ласку жизни, как лишил радости подвига и утешения в молитве! Как презрел всю мою многолетнюю службу Тебе в разуме и поклонении святыя славы. » И всё же, несмотря на поражение ревматизмом после работы с мокрыми баграми пальцев, на усилившуюся в лагере болезнь глаз, которая позже приведёт к полной слепоте, на бессмыслицу лагерной жизни, он находит в себе силы написать: «. Знаю и то, что страдания мои нужны миру и мировой истории. что всё это осмысленно и что я должен быть послушным и смиренным. » И наконец: «. Благословляю жизнь, благословляю все свои страдания, и — благодарю за всё. Думаю, что во благо, и что всё кончится великим, лучезарным концом. »

Однако испытания не закончились с выходом Лосева на свободу и возвращением в родной дом. С ним предпочитают не иметь дела: ведь это его клеймил позором Каганович на XVI съезде ВКП(б); ведь сам Максим Горький, процитировав на страницах «Правды» и «Известий» фразу Лосева: «. Россия кончилась с того момента, как народ перестал быть православным». и т.д., назвал её автора «малограмотным», «безумным» и вообще посоветовал ему «повеситься». Он оказывается под гласным надзором партийных идеологов; именно они устанавливают рамки, в которых допустима его научная деятельность. Неосторожно вырвавшееся слово, попавшаяся на глаза бдительному редактору подозрительная фраза из работы, выполненной в «дозволенных» рамках, могут стать поводом для повторных репрессий.

Читать еще:  Сонник стрекоза большая. Основные толкования: к чему снится стрекоза

До конца своих дней Лосев будет лишён возможности осуществлять в полной мере своё, названное им самим предназначение «восславить Бога в разуме, в живом уме». Возвратившись из заключения, он уже не застал в живых о. Давида и всегда ощущал при всех своих огромных знаниях неудовлетворённую потребность в духовном наставнике. Через много лет он скажет: «. Раз не посылается мне наставник — то уж значит надо так. Это дело духовное. Но сам я не ищу. Если будет мне послан — другое дело, как мне был послан сорок лет назад. Может быть после моей смерти понадобится».

И всё же послушание монаха Андроника продолжается, и с ним рядом монахиня Афанасия. Нам не суждено узнать содержание их бесед о сокровенном, о духовном — на виду лишь житейские заботы, дела мирские. Представление об их монастыре в миру может дать лишь выдержка из письма Лосева, написанного в заключении: «Мы с тобой за много лет дружбы выработали новые и совершенно оригинальные формы жизни, то соединение науки, философии и духовного брака, на которое мало у кого хватило пороху и почти даже не снилось никакому мещанству из современных учёных, людей брачных и монахов. Соединение этих путей в один ясный и пламенный восторг, в котором совместилась тишина внутренних безмолвных созерцаний любви и мира с энергией научно-философского творчества, это то, что создал Лосев и никто другой, и это то, оригинальность, глубину и жизненность чего никто не сможет отнять у четы Лосевых». Но когда Алексею Федоровичу исполнится шестьдесят, Бог призовёт к Себе Валентину Михайловну, и дальнейшее послушание придётся нести ему одному.

В миру Лосев оставался почтенным профессором, окружённым учениками-аспирантами. По эрудиции с ним некого поставить рядом; поражает воображение и плодотворность его научной деятельности в последние десятилетия жизни. Вместе с тем он не находит достойного признания в пронизанных партийной идеологией высших научных кругах и глубоко этим оскорблён. Но наедине с Богом он — монах, во всём усматривающий Его волю. Лосев способен погрузиться во время учёного заседания в священнобезмолвие умнóй Иисусовой молитвы (в давние времена он обучался ей у афонских старцев), осенить себя незаметно для собеседников мелким крестом под пиджаком против сердца. Весь трагизм этой беспримерной жизни выражен в словах 80-летнего Лосева: «Моя церковь внутрь ушла. Я вынес весь сталинизм с первой секунды до последней на своих плечах. И у меня не отчаяние, а отшельничество. Как Серафим Саровский, который несколько лет не ходил в церковь».

Когда в России начался благотворный поворот к вере, Лосев находит силы для откровенных бесед с учениками и почитателями об общении с Богом, Который доступен в православии через живое общение с Ним, чего нет в протестантизме: «. Протестантизм — тоже религия, тоже общение, но — общение в понятиях. У нас общение с Богом может быть и через прикосновение (к иконам), вкус (при причащении), обоняние (ладан), слух, зрение — все чувства. В православии Бог есть крещение, исповедь, причастие, молитва — всё это таинства. Наш Бог доступен для общения. »

Так, сочетая до последних дней заботы о делах мирских — научных с духовным наставничеством и прославлением Имени Божия, завершил свой земной путь выдающийся подвижник земли русской.

dralexmd

Записки мирянина (Dr.Alex)

Что может связывать доктора филологических наук Алексея Лосева и тайного монаха Андроника? Все. Все связывает, ибо это один и тот же человек:

1. Легенда советской философии, признанный авторитет за рубежом, доктор филологических наук, профессор, лауреат Ленинской премии – Алексей Лосев.

2. Регент, чтец, звонарь, алтарника храма Воздвижения Креста Господня на Воздвиженке в Москве – в народе, Алексей Звонарь , в последствии тайный монах Андроник .

Как сказал епископ Иларион (Алфеев):

Это сегодня. А во время советского террора о нем было другое мнение:

… не много ни мало, сам Максим Горький, видать большой был авторитет в философии. Но нужно сказать, в одном, он действительно оказался прав – профессор в последствии ослеп. Но об этом чуть ниже.

Постригся Алексей Федорович в монахи перед самым арестом от своего духовника — афонского старца (архимандрит Давид (Мухранов) – настоятель Андреевского скита на Афоне и строитель Андреевского подворья в Петрограде). Сам факт пострига открылся только в 90х, при изучении архивов А.Лосева. Постригался в монахи вместе со своей женой, которую безумно любил, и с которой уже прожил в браке 7 лет.

C некоторым удивлением обнаружил, что на wiki, причину тайного пострига, называют боязнь гонений со стороны режима. Но это, как мне кажется, весьма сомнительно – может ли человек, который будучи на то время профессором Московской Консерватории, при это открыто служившим в храме, постригаться в монахи именно по этой причине? Думаю, что причина была именно в том, что он был женат или в том, что он понимал, что скоро его арестуют (как известно, духовник Давид благословил его на страдания).

Один из краеугольных его трудов (можно сказать самых значимых) – «Диалектика мифа», этакая мина под марксизм, после которого на него началась настоящая травля, в ОГПУшном соку. Труд был заклеймен Л. Кагановичем на XVI съезде ВКП(б) «контрреволюционным и мракобесовским», а сам Алексей Лосев, как «классовый враг, реакционер и черносотенец После этого первое издание было почти полностью конфисковано и уничтожено, а самого автора отправили в лагеря на 10 лет (на строительстве знаменитого Беломорско-Балтийского канала). Судя по письмам, это были для него ужасные годы – годы постоянного испытания веры, годы настоящего ада. Там почти полностью потерял зрение, к концу жизни практически ослеп. А потом и М.Горький поспешал закопать его в своей статье, цитата из которой, была дана выше.

И не удивительно, что его труд получил такой резонанс, А.Лосев открыто исповедовал в своем труде просто контрреволюционные воззрения:

Умер А.Лосев в весьма преклонном возрасте, как у какого-нибудь афонского подвижника – в возрасте 95 лет. К сожалению, его любимая жена умерла в возрасте 52 лет, потом он фиктивно женился на ее ученице, которая жила у них дома, ради спасения этой дочери врага народа, которая и является хранительницей его наследия.

В качестве раритетного бонуса, ссылка на малоупоминаемый труд: «МАРК ЭФЕССКИЙ Силлогические главы о различении божественной сущности и энергии против ереси акиндинистов» (в составе «ПУТЬ К СВЯЩЕННОМУ БЕЗМОЛВИЮ. МАЛОИЗВЕСТНЫЕ ТВОРЕНИЯ СВЯТЫХ ОТЦОВ-ИСИХАСТОВ»), издания 1999г.

Что интересно здесь уже первым стоит его именно монашеское имя – «монах Андроник (А.Ф.Лосев)».

Это присказка. Самый смак, десерт во второй части.

Источники:

http://dic.academic.ru/dic.nsf/ruwiki/10337
http://ruskline.ru/analitika/2015/05/29/uroki_monaha_andronika
http://dralexmd.livejournal.com/41616.html

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector